Отрок. Перелом

Я тут с утра как неприкаянная мыкаюсь, не знаю же здесь ничего.

Арина вопросительно посмотрела на Анну:

– Ты говорила, Анна Павловна, за прачками присмотр нужен? Может, Ульяну к этому делу пока приставить? Она, если какой непорядок заметит со стиркой или с починкой, спуску лентяйкам не даст. Дома, случалось, гоняла нерадивых, как старшая. А сейчас и вовсе вольная, заставит холопок себя слушаться.

– Ну, значит, одной заботой меньше, уже хорошо. Все равно дом вам в посаде еще не готов, а в крепости хозяйство общее, – объяснила хозяйка. – Значит, так, – обернулась она к Ульяне, – холопки со стиркой на реку пошли, их сразу от ворот видно. Скажешь им, боярыня Анна тебя старшей прислала, и не бойся построже с ними – это бывшие холопки бунтовщиков, их Мишаня крепко пугнул, так что они уже ученые.

– И Ленька с Гринькой жаловались, что иной раз рубахи плохо простираны, – неожиданно для Анны добавила с озабоченным видом Арина. – Гринечка наш дома-то к чистоте приучен. Рубах у него вдосталь всегда было, а сюда несколько штук всего взял, да и те не всегда дочиста отстираны – холопки, бывает, ленятся.

– Все сделаю! – закивала Ульяна. – Уж я их! – и поспешила на берег к прачкам.

– Теперь она твоим холопкам спуску не даст, – усмехнулась ей вслед Аринка. – Ну как же – Гринечку обижают! Он ведь у нее сызмала любимчик.

– То-то я удивилась, что ты про грязь заговорила, – засмеялась Анна. – Чуть не обиделась. За чистотой мы здесь сурово следим.

– Ладно, за стирку я спокойна, но у меня и других дел хватает, а надо еще и за девицами приглядеть, – сказала Анна, не откладывая в долгий ящик проверку Арины. – Им сейчас опять на псарню надо, Прошка с ними там собак обучает. Пса своего каждый хозяин сам воспитать должен, чтоб только его одного слушался. Так что девок Прохор гоняет не меньше, чем отроков, и так же сурово. Сумеешь проследить, чтобы они от учебы не отлынивали? В девичьей могут остаться только Анна моя, Аксинья и Катерина – дни у них тяжелые, но рукоделие им все равно по силам, так что пусть без дела не болтаются. А все остальные должны в собачьем загоне быть, да идти туда строем, чинно, а не толкаться и не кричать, ровно бабы на торгу.

Арина уверенно кивнула:

– Прослежу, не тревожься. Я и сама с ними схожу – осматриваться-то мне здесь надо. Девчонок своих только найду чем занять… – поглядела она на крутившихся возле нее сестренок.

– Девчонок? – Анна на мгновение задумалась. – Аксинья вон сегодня на занятия не идет, ты ей их поручи, как раз по силам дело. Ксюша у нас тихая, глаз не поднимает – отец, говорят, дуролом был редкостный, совсем дочь зашугал, зато с детьми она ловко управляется. И крепость им покажет, и делом потом займет. А я к вам попозже подойду.