Коренной перелом

Еще немного – и Гитлеру пешком придется гнать на фронт тот сброд, который он навербовал в помощь своей армии в Европе.

Что касается удара по ставке командования сухопутных войск в Восточной Пруссии, то недавно радиоразведка подтвердила полное разрушение бункера и гибель всех, кто там находился, включая Гальдера и Йодля. При этом в цель попали обе бомбы – основная и резервная. Судя по данным радиоперехвата, Гитлер сначала находился в шоке, а потом впал в истерику, пообещав строго наказать Геринга. И это при том, что он еще не знал о ночном массированном ударе нашей особой авиационной эскадры по штабу группы армий «Юг» под Полтавой. О результатах этого удара нам пока неизвестно. Но думаю, что в ближайшее время из расшифровок вражеских переговоров станет ясно – кто из немецких генералов убит, кто ранен и кто уцелел.

– Спасибо, товарищ Василевский, – Сталин одобрительно кивнул начальнику Генерального Штаба. – Идите, отдохните хоть немного. В случае малейшего изменения обстановки на фронте докладывайте мне немедленно. Но я надеюсь, что неприятных для нас сюрпризов не произойдет.

Гитлер вошел в комнату для совещаний, и все присутствующие, включая тихую и незаметную, как мышка, молоденькую стенографистку, обратили внимание на то, что у фюрера германской нации по-старчески дрожат руки и дергается шея. Началось это все после того, как накануне русские бомбардировщики своими сверхтяжелыми «снайпер-бомбами» разбили бункер ОКВ «Мауервальд», расположенный недалеко от «Вольфшанце». При бомбежке погибли такие талантливые генералы, как Гальдер и Йодль, а также много прочих генералов и штабных офицеров. На какое-то время вермахт оказался полностью обезглавлен, а командующие группами армий оказались предоставлены сами себе.

Узнав об этом, Гитлер сначала впал в ступор, который вскоре сменился истерикой с катанием по полу и поеданием ковра. После этой истерики у него начали проявляться признаки преждевременного старения. Причиной тому был страх. Он боялся того, что если в Кремле решат избавиться от человека по имени Адольф Гитлер, то Сталину только надо будет лишь отдать приказ, и тогда его не спасет даже самая лучшая маскировка и трехметровые бетонные перекрытия бункера «Вольфшанце». Ведь точно такой же бетон трехметровой толщины и точно такая же маскировка были и на объекте «Мауервальд». Но они оказались не в силах помешать русским осуществить их намерения. Гитлер все время косился одним глазом на потолок, словно ожидая, что прямо сейчас на его убежище упадает бомба, которая разнесет его в пыль.

– Мой фюрер, – сказал ему адмирал Канарис при последней встрече, – русские знают о нас всё, и с этим ничего нельзя поделать. Есть что-то, что выше нашего понимания.