Перекресток трех дорог

 – Хохлов снова вздохнул. – Что же это такое? Кто это сделал с ним?

– По-вашему, он не попадал под поезд?

– Какой поезд? Я двадцать лет на железной дороге. Всякое видел. Когда авария – сразу такой хайп. Это же наезд! Там же видно все – и на колесах тоже остаются следы. И потом, это тупик – какой может быть локомотив, когда туда товарняк задом толкают – вагонами вперед. Да и не отгоняли туда никаких составов за эти дни. Я у диспетчера спросил – сами с ним поговорите. Нет, это все что угодно, но только не железнодорожная авария.

– Вы когда последний раз Громова видели? – спросил Гущин.

– Когда деньги у бухгалтера вместе получали. Задолженность по зарплате.

– В какой точно день?

– Пятница, вечер. Мы задерживаемся здесь допоздна. И по выходным тоже сейчас пашем. Иногда круглосуточно.

– Он домой поехал с работы?

– Не знаю. Наверное. Сейчас по барам и ресторанам народ мало ходит.

– Женщина у него есть?

– Любовница? – Хохлов прищурился. – Были какие-то. Раньше время от времени. Но карантин он дома один проводил – это я точно знаю. Мы в «зуме» постоянно общались – дома этого не скроешь. Да у него и денег сейчас нет, чтобы телок содержать. И возраст у него солидный – не до глупостей уже.

– Кто мог ему желать зла?

– Из наших точно никто. Он был нормальный простой мужик. Хороший сотрудник. Я не сплетник, однако…

– Вы присмотритесь к этому деляге повнимательнее. – Хохлов понизил голос. – Который отсюда так быстро слинял. А до этого вдруг заявился – да, груз, конечно, пришел для них сегодня, но он и послать кого-то мог из своих пломбы проверить. Нет, он сам заявился, как только от Смоловского узнал, что тело Громова нашли.

– Вы имеете в виду Сперминова? – спросил Гущин. – Они с Громовым конфликтовали?

– Весь бизнес Громова накрылся медным тазом из-за Сперминова. Тот его деньгами ссужал сначала, а затем вовлек в какие-то финты на бирже. Громов потерял все. Из хозяина фирмы, из босса в наемного служащего превратился. И это в его возрасте! Я думаю, что он Сперминова ненавидел. Мало ли что могло между ними произойти на этой почве, а?

– И кто этот Сперминов? – спросил Клавдий Мамонтов Макара, когда тот по просьбе Гущина вез их на шестой путь к прибывшим опломбированным вагонам.

– Банкир. Подвизается в разных организациях типа «Византийского собора» и «Славянского союза». Учился и кормился в Штатах, но сейчас всеми силами пытается доказать, что от западника до славянофила, как от великого до смешного – один шаг. – Макар рулил. – Под санкциями сидит который год, как и мой отец, когда был жив. То есть истинный патриот земли Русской. Из-за санкций зол на весь мир. Как Кощей.