Перехват

Да, он знал об эффекте волнового подавления, тот был описан после захвата нескольких командных пунктов в подземных вражеских городках. Там можно было фотографировать все что угодно, кроме показаний информационных панелей и рабочих экранов. Их передачи блокировались неизвестным пока кодом волнового наложения.

– Ну и что там? – спросил Джек спустя несколько минут, когда Крафт отошел от экрана.

– Схема инициаторов самоликвидации. Оказывается, их было еще четыре.

В этот момент окно закрылось.

– Значит, получилось, старшина? – тихо спросил Ройх, боясь спугнуть удачу.

– Не совсем, сэр. Там дальше еще переход на следующую схему. Пока мы знаем только количество инициаторов и принципиальную схему, а дальше должны быть указаны гнезда заложения в реальном масштабе. По крайней мере, я на это надеюсь.

– Стентон, а ты сможешь открыть окно снова?

Джек шагнул к стене и снова тем же неуловимым движением заставил окно с экраном открыться. Крафт тотчас ткнул пальцем в ссылку, и на экране появилась следующая схема, но Крафт отрицательно покачал головой и снова нажал ссылку. Пятый лист его заинтересовал больше, но ненадолго, старшина вернулся к предыдущему и, повозившись с совершенно непонятной навигацией, заставил чертеж пульсировать местами заложения инициаторов.

– Вот они, все четыре!

– Герман! Твидл! – крикнул полковник. – Вы это видите?

– Ну… если успеем перерисовать схему. Окно ведь не закроется?

– Не закроется! – пообещал Джек.

– Тогда найдем, сэр.

– Стентон, а ты сумеешь открыть хранилища инициаторов? – спросил полковник.

– А если не сможет, у нас есть сквоззер… – напомнил Герман, торопливо перенося схемы в большой блокнот. – Он хоть и старенький, но режет любые стены, мы возле входа уже попробовали.

Эту операцию приятели рассчитывали полторы недели. Следили за курьерами, сидели в засаде у складов, валялись в канаве неподалеку от лодочного ангара, где банда наркоторговцев собиралась для проведения совещаний.

Тратить деньги на спецоборудование было жалко, куда с большей охотой напарники их пропивали, поэтому для получения самой горячей информации приходилось подбираться совсем близко, иногда на полтора-два шага, когда слышно было даже дыхание.

Из-за этого Рема приняли ночью за кошку и расстреляли по нему целую обойму. Чудо, что его задела лишь одна пуля, оставив шрам на ребре, ну кто знал, что у наркокурьера боязнь кошек?

– Я убил эту тварь, Альфред! Пойди найди ее, я хочу видеть этот труп! – орал он в ночи, пока обалдевший Рем торопливо отползал вдоль штабеля из старых досок.

Когда он достиг укрытия, они с Фредом залегли в яме и еще два часа до рассвета слушали причитания кошкофоба, который рассказывал подельнику свою биографию, а также историю о том, как он начал бояться кошек.