Старая переправа. Переход.

Броневик выскочив на очередной холм чуть не выбив страйк из толпы, тех самых балахонов. Иришка притормозила, уходя от толпы в сторону при этом чуть не врезавшись в четыре припаркованных шагохода, в итоге почти остановилась.

Как то все включая Иришку и Данила были увлечены дебатами, при этом больше смотрели в салон или на Оксану, которая молчала, а вот на дорогу не смотрел никто, даже Бланш. Тем более половина обзора закрывала Лизавета, которая сидела почти на лобовом окне, а остальному обзору мешал дым от пожаров, который висел как туман несмотря на уверенный ветер.

Правда нескольких мгновений было достаточно, что бы понять тут идёт проповедь. Мессия или главный поп одетый именно в белый балахон с белым капюшоном и белой медицинской маской, стоял возведя руки к небу, а остальные, человек тридцать накрытые грязными белыми простынями стояли на одном колене и внимали. Были ещё несколько человек у шагоходов в черных ремнях. Там было очень много перевязанных, раненых или в связи с последними событиями обожженных. Рассмотреть всё в деталях было просто не возможно.

Данил потянулся за автоматом, не сводя глаз с вскочивших на ноги адептов белой простыни. Уж слишком всё неожиданно вышло, поэтому у Данила автомат, где то провалился между дверкой, сиденьем и его задницей, достать его оттуда было проблематично, Рыжая давила сбоку прижимая к закрытой двери. Хотя и для балахонов было всё неожиданностью, и они тоже были все без оружия.

Это закричала Рыжая, и смотрела она в противоположную сторону, от той что смотрел Данил.

Иришка конечно её не слушала, набирая Газ.

– Да стойте вы, там Лахтик!

– Тормози. – Принял решение Данил. – Бланш, держи их на мушке не стреляй пока.

Иришка команду Данила выполнила сразу остановилась. Балахоны кстати тоже не бежали к шагоходам за оружием.

Данил открыл дверь и буквально вывалился подхватив автомат, который при открытой дверке сам упал в руки. Следом вывалилась Рыжая.

Данил еле успел поймать её за руку.

Пастор поднял руки в останавливающем жесте,

– Братья, не будем плодить грехи перед самым чистилищем.

Затея то хорошая, Данил был с этим полностью согласен, плодить грехи убивая Данилу как минимум нехорошо. Авторитет пастора видимо был высок, никто из паствы не тронулся с места, и никто не поднял оружие, что очень радовало. Радовало это потому, что Данил как обычно сначала сделает, а потом думает. Ну на что он рассчитывал выпрыгивая в одиночку на отряд из тридцати рыл? Вот если только на то что грешить никто не будет. Поэтому от греха Данил опустил автомат, но что бы не искушать неокрепшие души совсем убирать автомат за спину не стал. А так вроде и к разговору открыт, и отстреляться сможет если что.