Старая переправа. Переход.

Видимо тоже никто не выключил, и он будет гореть до того момента пока батареи не сядут. А на площади было хоть глаз коли, даже теоретически что то увидеть было невозможно. Включать же фонарь было чревато, лишнее внимание всего пустого города. Поэтому надежда только на слух, а если что подозрительное услышит, так и фонарь включить можно. Но было тихо, даже постоянных воплей в степи не было. Даже не так, было подозрительно тихо и непривычно. Данил прислушался к ночной тишине, а заодно к своим ощущениям. Кажется к площади тихо полз вампир. Данил благодаря своему новому умению, просто отправил его обратно.

Дежурство как всегда было скучным, ничего не происходило, так же как и раньше где то светились окна, немножко светлело небо, от чего можно было хоть что то рассмотреть на площади. Ну и настырный вампир, который всё лез и лез на площадь, и которого приходилось отгонять.

С первыми лучами солнца началось шевеление позади. Товарищи просыпались, сейчас позавтракают и Данила сменит Бланш. Данил, ещё раз провалился в себя ощупывая окрестности, настырного вампира Бланш пристрелит, поэтому хотелось его заранее отогнать подальше.

Как не странно рядом вампира не было, не то успокоился, не то просто ушёл подальше. Поэтому Данил под напрягся и решил мысленно ощупать чуть большую территорию.

Его посыл тут же наткнулся на множественные сильные каналы, его сознание, будто поймали на рыболовный крючок, к нему тянулись со всех сторон и вонзали всё новые крючки. Отовсюду из-за реки, и вкруговую из города, его желали, его тянули, и пытались разорвать на куски. Это совсем не та борьба с единственным личем, и далёким нечто, что у него уже была. Сейчас личей вокруг было много, да и таинственное нечто никуда не ушло, всё это к нему тянулось.

Воля, вроде бы какая малость заставить себя сделать то, что не хочется. Вроде бы легко, ну что там, вымыть посуду, или пойти доделать, что то оставленное на потом, нет это совсем не легко, нужно лишь себя заставить резко, раз и всё. Казалось бы причём тут воля которая борется с ленью, но эта же воля и заставляет себя драться, и не сдаваться до последнего. Не зря Данил тренировал её застилая каждое утро кровать.

Вроде бы проиграна битва плыви себе по течению, всё равно ничего уже не сделать. Нет! Данил четко обрёл контуры своего я, и в свои мысли никого не пустил, сделав из своего сознания плотный шар, с которого соскользнули все крючки. Казалось, что всё это было долго, шаг за шагом отодвигая чужих от своего я. Потом воля резко помножилась на злость. Он не только откинул чужую волю, он начал навязывать свою волю, она оказалась сильнее объединенных разумов.

Он в какой то миг понял как всё устроено. Нет нежить не была как рой насекомых, где главная была матка и которая управляла роем.