Перехватчик. Разборки третьего уровня

Опустился!

Страшный удар бросил Матвея в бездну боли и мрака, сквозь которую он падал целую вечность – так остов корабля проваливается в океанские глубины и погружается в холод, темноту и неподвижность…

Однако запасы душевных сил в глубинах психики все же не позволили ему утонуть. Сработавшая память предков выловила сознание в бездне небытия и вложила в бегущую вниз, в прошлое, струйку души. Он оказался в теле своего прадеда, воевавшего за свободу Родины с фашистами. Может быть, это была Курская дуга, может, сражение под Прохоровкой. На окопы русских солдат шла грохочущая лавина немецких танков, и один из них выстрелил прямо в него – Матвея Соболева, душа которого снова вылетела из тела прадеда и, провалившись на столетие, оказалась в теле какого-то предка, воевавшего на Кавказе. Огромный чечен в папахе нанес предку страшный сабельный удар в висок, и сознание Соболева метнулось дальше по цепочке генной памяти, еще глубже в прошлое.

Он был офицером в войске Кутузова, разведчиком русского войска на Куликовом поле, защитником древнерусского поселения на рубеже тысячелетия, шаманом, воином в армии Александра Македонского, индийским князем, правителем Дадж-аш-Шаала, египетским жрецом, Первочеловеком – и везде его настигал враг и гнал все дальше и дальше, и не было у Матвея ни сил, ни возможностей остановиться и оказать сопротивление.

Наверное, этот бой Юрьев выиграл бы, раз за разом разряжая в Соболева «глушак», модулированный кодоном. Но Юрий Бенедиктович упустил из виду одно обстоятельство – вмешательство эгрегора Собирателей, касты Внутреннего Круга, ответственной за сбор информации. Вмешательство это было таким тонким, что Юрьев его не уловил. Держа под контролем Посвященных – Парамонова и Митину, он совсем забыл о Котове, считая его лей-потенциал пренебрежимо малым. Однако так не считал сам Василий, ощутив вдруг приток сил.

При первом же выстреле Юрьева, сообразив – кто это и где находится, он вошел в темп, подхватил один из автоматов и бросился прочь, сразу выйдя из зоны столкновения Посвященных, а также из зоны внимания Юрьева. Пробежав около сотни метров по берегу, Василий нырнул в воду и поплыл за спину Юрьева, чувствуя кипение воды вокруг разогретого тела одного из Девяти.

Интуиция сработала вовремя. Он вынырнул из воды не ближе и не дальше, чем следовало, в тридцати метрах от Юрия Бенедиктовича. Облик одного из Девяти все еще двоился – на тело человека накладывался образ дракона с огнедышащей пастью, но так как Васино сознание не было фрустировано, то есть почти не подвергалось мощному потоку гипнополя, он сумел отстроиться от «боковых лепестков» воли Юрьева и открыл огонь из автомата.