Перехватчик

 – Хватов сделал еще шаг, и Матвей кубарем полетел на землю, пропустив совершенно неожиданный и невидимый удар. Сгруппировался, избежав встречи с автотрапом. Но отвечать не стал, медленно приближаясь к Хватову.

– Майор, ты все знаешь, но не уверен, что поймешь… И тем не менее даю слово – через три дня я встречаюсь с тобой в любом месте, но дай мне эти три дня! Кстати, где их держат?

Майор покачал головой, и в глазах его мелькнула искра не то жалости, не то презрения.

– Твоих друзей взял «Стикс» Юргена и спрятал на своей базе в Бутове, но в одиночку тебе отбить их не удастся. Да и с чьей-либо помощью тоже, мальчики из «Стикса» зомбированы…

– Как, очевидно, и те, что за твоей спиной. Но я бы все же попробовал. Ну что, договорились?

Хватов снова покачал головой.

– Боюсь, что нет. Поступила команда «выключить» тебя, а я человек дисциплинированный. Слишком глубоко ты влез в дела спецслужб и людей Внутреннего Круга. Мы вынуждены заниматься чисткой следов по полной программе. Ликвидации подлежат все, кто хотя бы краем глаза видел МИРы Инсектов, узнал о хранящихся там Великих Вещах и невольно помешал коррекции реальности.

Матвей сузившимися глазами рассматривал лицо майора, по которому изредка пробегали отблески далеких огней аэропорта.

– Кажется, я ошибся в определении… ты не Монарх!

Хватов рассмеялся.

– Какая разница? Сейчас я авеша иерарха, точнее – Мастера, контролирующего зоны запретного смысла. – Он сделал неуловимое движение, и Матвей опять отлетел в сторону, получив удар в область сердца, от которого пришел в себя не сразу. Это был еще не смертельный укол из арсенала техники убийства прикосновением, но все же поражающий энергетический импульс прошел через одежду, сквозь мышцы груди, кости грудной клетки и резко сократил сердечную мышцу. И все-таки Матвей не стал отвечать и на этот раз. Восстановив дыхание, встал напротив майора, не поднимая рук. Сказал глухо:

– Я прошу всего три дня… Мастер! Я никуда не сбегу.

– Странно, что ты так привязан к этой девице, – задумчиво пробормотал Хватов. – Наверное, именно этот фактор – избыточная чувствительность – и мешает тебе преодолеть порог Закона восхождения. Прощай, ганфайтер. – Он коротко взмахнул рукой и… пролетев три метра по воздуху, с гулом врезался спиной в стену ангара.

Трое амбалов у машины сделали шаг к Матвею, но Хватов остановил их, вскочив с земли гибким змеиным движением. Улыбка на его губах изменилась, стала хищной и отталкивающей.

– Отлично, Соболев! А я уж было разочаровался в тебе.

Он боком двинулся к Матвею, и время остановилось, словно завороженное начавшимся боем, приемы которого знали только Перволюди, иерархи и Посвященные Внутреннего Круга. Да еще Матвей Соболев.

Этот бой нельзя было назвать зрелищным.