Перехватчик

– Ага… иллюзорно-рельефная… событийного… а попроще?

– Астрал – промежуточное место встреч: умерших и живых – по нашим понятиям, живущих в нашей реальности и в других – в соответствии с истиной. Ты же читал труды эзотериков, – не удержался от колкости Матвей. – Там по меньшей мере два десятка определений.

– Я хотел услышать, к какому склоняешься ты, – не моргнув глазом, ответил Василий. – Хочешь пожевать?

– Жуй сам, я жевательную резинку на дух не переношу.

– Даже шипованную? Шучу. Итак, давай работать. Я кое-что выяснил о нашем добром знакомом Маракуце Николае Савельевиче.

– По каким же каналам?

– Компьютерная сеть МВД. К моему удивлению, код входа остался прежним, а доступ мой сохранился.

– Разве у тебя есть комп?

– Не у меня, у директора школы, который мне доверяет и дает иногда ключ от кабинета, полагая, что я хожу играть на компьютере. А вот коды ФСБ и ГУБО сменились, я едва успел выйти из поля запроса: ребята поставили резидент-программу, поднимающую шухер при попытке влезть в сети спецслужб.

Матвей, который проделал точно такую же процедуру, работая на компьютере «Рюрика», в душе только усмехнулся.

– Но и того, что я узнал, а это верхушка криминального айсберга Маракуца, вполне достаточно для «десяти лет строгого расстрела», – продолжал Василий.

– Вор в законе, кличка Боксер. Трижды судим – якобы за незаконное ношение оружия, за превышение мер защиты, – он в прошлом профессиональный боксер-тяжеловес, – а также за покушение на убийство, находился под следствием по многим делам, неоднократно задерживался правоохранительными органами, однако ни разу не был осужден и в следственном изоляторе больше двадцати суток не сидел.

– В минувшем году, – ровным голосом добавил Матвей, – Маракуц субсидировал одну общественно-политическую структуру, планировавшую проведение общественного референдума на территории СНГ по вопросу воссоединения стран в едином государстве, но прогорел.

Василий поскучнел, покачал головой, оценивая услышанное.

– Похоже, мы идем по одному и тому же следу. Надо бы разделить функции во избежание дубляжа.

– Кто возражает? Что касается Маракуца, то он сделал ставку не на классический криминал и рэкет, а на криминальный контроль респектабельных коммерческих и финансовых структур. Впрочем, взимаемой с предпринимателей дани он предпочитает «крышу», то есть защиту собственности подконтрольных структур.

– Да, механизм прост и эффективен, как удар ломом. Видимо, твой Афонин не захотел платить Маракуцу за «крышу» и поплатился."

"– Я не вникал в дела фирмы, пока на нас не напали во время поездки в Москву. – Матвей рассказал историю с нападением на дороге.