Перегрузка

— Возможно, вам не известно, мистер президент, но даже этот второй зал теперь переполнен и снаружи еще много пайщиков, которые вообще не могут попасть на собрание. Я говорю от их имени, так как они лишены своих законных прав.

— Я об этом не знал, — признал Хэмфри. — Искренне сожалею. Наши подготовительные меры действительно оказались недостаточно эффективными.

Какая-то женщина, встав с места, закричала:

— Вам всем надо уходить в отставку! Вы даже не можете организовать ежегодное собрание. Другие голоса поддержали ее:

— Да, в отставку! В отставку!

Эрик Хэмфри крепко сжал губы. Какое-то мгновение казалось, что ему изменяет обычное хладнокровие. Потом, с явным усилием сдержав себя, он заговорил снова:

— Сегодняшнее количество присутствующих, как знают многие из вас, беспрецедентно. И опять его прервали:

— Столь же беспрецедентен отказ от выплаты наших дивидендов!

— Я лишь могу сказать вам, а я собираюсь обязательно сделать это, но позже, что отказ от выплаты дивидендов оказался решением, которое я и мои коллеги приняли с большим нежеланием…

Все тот же голос спросил;

— А вы не пробовали и вашу жирную зарплату урезать?

— ..И полным осознанием, — продолжал Хэмфри, — того неудовольствия и реальных трудностей, которые…

Затем одновременно произошло несколько событий. Большой, мягкий, точно запущенный помидор ударил в лицо президента, разлетелся, и его мякоть потекла вниз, на сорочку и костюм.

Как по сигналу на сцену полетели помидоры, а потом и несколько яиц. Многие в зале вскочили на ноги, несколько человек засмеялись, но большинство было шокировано. В то же время усилился шум за пределами зала.

Ним, стоявший в центре зала, куда он пошел, когда члены правления заняли сцену, искал глазами источник обстрела и был готов вмешаться, как только его обнаружит. Почти сразу же он увидел Дейви Бердсона. Как и до этого, лидер «Энергии» говорил по «уоки-токи». Ним догадался, что он отдавал приказы. Ним попытался пробиться к Бердсону, но понял, что это невозможно. Теперь в зале царила полная неразбериха.

Вдруг Ним оказался лицом к лицу с Нэнси Молино. На какое-то мгновение она не могла скрыть замешательства. Его гнев выплеснулся наружу.

— Полагаю, вам все это доставляет истинное удовольствие, и вы сможете столь же едко рассказать о происходящем, как и обычно.

— Я лишь стараюсь придерживаться фактов, Голдман. — Самообладание вновь вернулось к ней, и мисс Молино улыбнулась. — Я провожу журналистское расследование там, где считаю это необходимым.

— Ну да, расследование, под ним вы подразумеваете односторонность и язвительность. — Поддавшись настроению, он указал через зал на Дейви Бердсона и его «уоки-токи».