Передышка не бывает долгой

Гатило увидел советника тцара Барбуссии, вскрикнул удивленно и радостно:

– Благороднейший Хугилай, главный советник Яфегерда Блистательного!.. Как хорошо, у меня как раз свободное время… А на что его лучше всего потратить, как не на беседу с мудрым человеком за чашей хорошего вина?

Хугилай ответил как можно свободнее:

– У меня тоже пара свободных минут.

Гатило заулыбался искренне и счастливо, словно после долгих лет разлуки вернулся в ожидающую его семью.

– Тогда вот тут за дверью моя уединенная комнатка!.. Там и вино припасено… из лучших на свете подвалов.

– Догадываюсь, – ответил Хугилай, – из каких. Я совсем не против, очень даже не против пропустить по чаше. А лучше по кружке.

– Можно и по ковшику, – сказал Гатило бодро."

"Он бодро взбежал по ступенькам, распахнул перед Хугилаем дверь, тот вошел в зал, Гатило указал на дверь в левой стене.

– Моя нора. Только для меня и близких друзей.

Он отворил, Хугилай моментально оценил, что комната не такая уж и маленькая, норой назвать трудно, разве что для большой семьи медведей, но медведи семьями не живут.

И очень даже роскошно, отметил он, даже слишком. Явный признак того, что недавно приближен к трону. Еще не успел понять, что не все богатство нужно вот так напоказ. Заставляет склониться немногих, остальных раздражает и вызывает чувство отторжения.

Молод, подумал он с чувством превосходства. Хотя давно трется в помощниках, заприметил его давно, как и прочее окружение царя Додона. Но пока что не соперник, точно не соперник.

Гатило держал дверь распахнутой, ожидая, когда советник Яфегерда переступит порог, а Хугилай сделал этот шаг и сказал благодушно:

– Я тебя давно приметил, ты смышленый, мог бы и раньше стать старшим советником…

Гатило вошел следом, ответил как можно более безразличным голосом:

– Тцарица помощников меняет часто.

– Почему так?

– То ли не то советуют, то ли не так плащи носят, женщин понять трудно. А вот ты уже столько лет… И старший советник, и даже управитель? Правда, Барбуссия мала, можно взять еще должности Главного Рыбака и Старшего Конюха, спина не переломится…

Хугилай весело оскалил зубы, Гатило слишком прям, если так начинает, прямо на лице написано, что начнет уговаривать присоединить маленькую Барбуссию к великой и громадной Куявии. Слишком прост для дипломата, хотя честен, слово держит, чист, стране служит верно, ревностно.

– Удобно, правда? – спросил он весело.

Гатило с почтением усадил его за стол, сам подвинув кресло, выказывая особую почтительность гостю, и лишь когда Хугилай степенно и с достоинством опустил зад на сиденье, оббежал стол и сел напротив.

– Удобно, – согласился он.