Перебежчик

 — А ты, Федор Денисович, захвати с собой не только фашистского шпиона Фредека Балоша, но и вон ту бумажку, которая лежит у его левого локтя.

— Не дергайся! — заявил Масленников и ткнул стволом автомата в темечко фашистского шпиона, только что помянутого командиром. — А то вмиг башку прострелю. Я тоже человек нервный. Насмотрелся на таких оборотней, как ты. — Сержант чуть наклонился и взял бумажку, на которую указал его командир.

Это был текст радиограммы.

— Ну вот и все, господа фашистские прихвостни, — весело поглядывая на шпионскую семейку, произнес младший лейтенант. — Теперь милости просим в гости к нам, в военную контрразведку СМЕРШ.

Глава 14. Допрос

После того как Фредек Балош был приведен в комнатку полкового отдела СМЕРШ, там появился и старший лейтенант Скрынников. Он, может, и хотел принять личное участие в задержании фашистских прихвостней, но никак не мог этого сделать. Его срочно вызвал к себе майор Стрельцов по какому-то делу, распространяться о котором старший лейтенант, разумеется, не мог ни под каким соусом.

Он только что вернулся в штаб пятьсот двадцатого стрелкового полка и сразу каким-то чудом почувствовал, что у Ивашова именно сейчас начнется самое интересное. Интуиция — штука тонкая, почти материальная. Она включается в тот самый момент, когда где-то происходит нечто особенно важное для тебя. К ней всегда надо прислушиваться и следовать ее нашептываниям.

Станислав Скрынников так и поступил, и ноги принесли его к Егору Ивашову в точности к началу допроса глубоко законспирированного агента немецкой разведки Балоша.

Младшему лейтенанту контрразведки СМЕРШ теперь уже было предельно ясно, что этот тип вне всякого сомнения связан с субъектом, выдававшим себя за ефрейтора Ральфа Херманна, служившего в секретном отделе штаба одиннадцатого армейского корпуса.

«Нужно выяснить настоящее имя Херманна, — размышлял Егор. — Ведь он где-то учился, служил в каких-то частях, с кем-то дружил. Не исключено, что эти люди уже находятся в нашем поле зрения. Дальше будет легче узнать его ближайшее окружение, агентуру. Из шифровки известен его псевдоним — Альфред, что уже немало.

Сначала следует надавить на этого Подвижника, то есть Фредека Балоша. Он-то как раз, скорее всего, и может рассказать немало любопытного о ефрейторе Ральфе Херманне. С виду этот венгр — крепкий орешек. Мне придется постараться.

Но следует учитывать один совершенно очевидный факт. Когда человек стоит перед выбором, быть ему убитым или жить дальше, то психика его сплошь и рядом ломается. В большинстве случаев побеждает инстинкт самосохранения».

Когда старший лейтенант Скрынников вошел к Ивашову, допрос только начался. Балош выглядел хмурым, ни на кого не смотрел.