Чужая невеста. Баллада Пепла и Льда

Как же тяжело было видеть широкоплечего, могучего Рона, бессильно раскинувшего руки. Смотреть, как жизнь капля за каплей вытекает из него.

— Аля, Лесли, помогите прижимать.

Я смяла протянутую рубашку и придавила к рваной ране на плече Ронана. Лесли напротив меня обматывал запястье Рона. Внезапно он замер и медленно отвел в сторону пропитанную кровью тряпицу.

— Кадет Лейс! Только попробуй отключиться! — прикрикнул на него Ярс. — Сейчас нужна твоя помощь!

— Я… — пробормотал Лесли.

Он положил пальцы на открытую рану Рона и поднял ладонь, останавливая Тайлера, который хотел откинуть его руку.

— Подожди! Смотри!

Сделалось тихо. В напряженном молчании Тай, Ярс, Вель и я глядели на рану, не понимая, чего хочет Лесли.

Кровь перестала сочиться между пальцев Лейса, а когда он приподнял ладонь, мы все увидели, что на месте открытой раны образовалась тонкая розовая кожа.

— Да ты гребаный целитель, Лейс! — то ли выругался, то ли восхитился Ярс.

Глава 43

Внутри пространственного кармана пробегали минута за минутой, но благодаря Флавию и его дару времени у нас было навалом. Можно отдышаться, прийти в себя, залечить раны: теперь у нас появился целитель. Во внешнем же мире пройдут секунды.

Лесли как мог подлатал Ронана — жуткие раны затянулись, правда, наверняка останутся уродливые шрамы, ведь Лейс пока неумело пользовался силой, действовал по наитию, и некому было подсказать, как лучше обращаться с даром. Главное — он справился. И теперь выглядел почти таким же бледным и замученным, как Рон.

— Так, я слышал, что сахар помогает восстановить силы, — сказал Ярс и вынул из внутреннего кармана куртки шоколадку в золотистой обертке. Зная Ярса, я ничему не удивилась, а вот Лесли вытаращил глаза. — Жуй давай!

Веела сидела рядом с Ронаном, топила снег в ладони и по капле вливала в приоткрытые губы Рона. Лицо Рона было цвета снега бесплодных земель — серое, без кровинки, но он дышал. Вель застывала после каждого выдоха и смотрела на замершую грудь любимого, и сама задерживала воздух до тех пор, пока Рон с усилием не делал новый вдох. Рону есть ради чего оставаться в этом мире, он не сдастся без борьбы.

Лесли доел шоколад — он жевал его как кусок хлеба, — и занялся следующим тяжелораненым — Тивером. Тот так и сидел, скорчившись, обхватив живот.

— Ложись, я погляжу, — подступил к нему Лейс.

Я смотрела на самого трусливого члена команды и не узнавала его. Кто бы мог подумать, что именно эти вечно трясущиеся руки окажутся так важны? Да, он все еще боялся — крови, смерти, стонов раненых, — но на лице Лесли появилась незнакомая решительность. Этот новый Лесли не забьется в угол. Надеюсь.

— Тивер, дай посмотреть рану! — громче повторил он.

— Да пошел ты! — огрызнулся тот, покачиваясь от боли.