Пепельное небо

А вот он, — кивает она на рыжего, — Никитка, брат мой. Младший. А вас как звать-величать?

— Сергей я. Так что ты про гостей говорила?

— Они до нас-то не добрались еще. Дорога к нам трудная, ехать долго. Да и делать у нас особо нечего. Раньше-то все население на руднике работало. А как перестройка началась, его и закрыли. Сказали, невыгодно. Поселок и уменьшился раз в пять сразу. Потом еще многие уехали. А кто остался, больше в лесу промышляет. Коровы еще у нас есть да козы. Так вот и живем понемногу. А гости эти… Они в разные поселки приезжают. Говорят, теперь они вместо полиции будут. Какие-то поселки, вроде того что вы на трассе видели, объявляют неперспективными. Мол, неча вам тут делать, только хлеб зазря едите. Собирают всех и увозят.

— Не знаю. Мы позавчера узнали, что они в Николаевку приехали. Там и народу-то всего ничего живет, все больше старики. Понятно было, что они и их с собой заберут. Вот мы и решили напасть да отбить. А вон оно как все вышло…

— Много народу-то на той стороне было?

— Да с десяток. Думали, пуганем этих, они и попрячутся. Кто ж знал, что их там такая куча будет?

— Думаю я, Иришка, что не вы засаду устроили, а, скорее, на вас. Теперь у них повод есть за вас всерьез взяться. Я так понимаю, что совсем беспредельщиками они выглядеть не хотят. Оттого и устроили вам такую ловушку. Теперь они с чистой совестью к вам нагрянут. Сколько народу-то у вас еще осталось?

Девушка опасливо косится на пленного.

— Да ты не боись, — успокаиваю я ее, — уж этот-то никому и ничего больше не расскажет. Будет и дальше дурака валять, ногами за корни цепляться, — так дальше этого леса никуда и не уйдет. Не тащить же мне его на спине!

Последние слова я сказал нарочито громко, так что начавший было филонить Хамзат быстро прибавил шагу.

Идти оказалось очень даже прилично. По крайней мере, пару привалов мы еще делали. Погони за нами не было. Думаю, что, обнаружив парочку своих товарищей, особо резвые догоняльщики слегка поубавили прыти. Во время остановок я самым тщательным образом проинвентаризировал все наши трофеи. Абсолютно бессовестным образом забрал себе почти весь боеприпас, который подходил к моему автомату. Так что к трофейным автоматам осталось всего по одному магазину. Самозарядка, при ближайшем рассмотрении, оказалась не наша, а весьма дорогая итальянская штучка — «Бенелли». Магазин у нее был шестизарядный, и вообще машинка была серьезная. Перезаряжалась она автоматически, но можно было передернуть затвор и вручную. Пожалуй, что лучше я тут уж точно ничего не найду. Дело оставалось за малым — отыскать ножовку и укоротить ствол и приклад. Варварство? А то ж… так делать-то нечего, охота мне точно теперь светит весьма не скоро. Если вообще когда-нибудь будет.