Пепел

Генерал, пусть даже и бывший, не бежит с поля брани — он сражается до самого конца. Либо своего, либо вражеского.

— С-с-слабак, — оскалился Рэккер.

Раньше силы командора и лейтенанта были примерно равны, но поглощенная эссенция явно склонила чашу весов в сторону предателя. А без посоха Эш и вовсе остался абсолютно беспомощен.

— Беги, — прошептал мастер Линг, выходя вперед и заслоняя собой юношу.

— Но…

— Заповедь Ляо-Фень говорит о том, что пока дыхание не оборвалось битва не проиграна. Еще не взошла на небе звезда твой смерти. Беги.

И древний старик оттолкнулся от пола. Он словно перо перемахнул пятнадцать ярдов и оказался среди чужаков. Высокий и тонкий, он больше всего напоминал высушенный шест. Длинная роба касалась земли, а руки, заложенные за спину и сцепленные в замок, казались стянутыми кнутами. Мгновение и вот один из кнутов в стремительном, но плавном рывке устремился к ближайшему убийце. Не было ни глухого удара, ни хлесткого щипка, ни чего такого. Ладонь старца лишь коснулась нагрудника, а следом убийца взмыл в воздух будто его ударил таран. Он пролетел почти девять ярдов и пробил собой стену, вылетев на улицу.

— Беги! — в третий раз произнес старик, всего одним движением переламывая руку рептилии, с ладони которой было готово сорваться огненное заклятие.

И юноша побежал.

4й день месяца Краг, 322й год, равнинаПепел вынырнул на поверхность. Он лихорадочно втягивал воздух, от чего легкие начали саднить и гореть. Впереди бесновался дух Эрлнда. Водяной змей осыпал паром градом водяных пуль, а в него в свою очередь летели свинцовые пули, не причинявшие ни малейшего вреда, но ощутимо замедлявшие духа.

Вода вокруг бурлила и пенилась, будто то было море, потревоженное девятибалльным штормом. Огромные волны то и дело накатывали на мерцающую световую сферы, в небо выстреливали гигантские столпы, всей мощью обрушиваясь на людей и нелюдей.

Среди этого хаоса Эш нашарил взглядом мальчишку, чьих сил уже не хватало, чтобы оставаться на плаву. Еще пара секунд и паренек пойдет ко дну так что волшебник погреб в сторону тонущего ребенка. Хотя, «погреб» слишком сильное слово. Ведь, вряд ли человек, для которого вода попросту опасна дл жизни, может плыть хоть мало-мальски достойно. Справедливо сказать — захлёбывающийся магик, судорожно втягивающий воздух при каждой удачной возможности, позволил волнам нести себя в нужную сторону.

То и дело погружаясь с головой под воду, Пепел чувствовал, как время, подобно песку, проскальзывает сквозь пальцы. Физических сил цветочника не хватало, чтобы справиться с ярость реки, а магию прочно сковала вода. И все же парень спешил на помощь.

Оказавшись всего в нескольких ярдов от гигантского водяного смерча, коим и было тело змея, волшебник нырнул.