Пепел

— Брысь, — игриво фыркнула та, прикрывая записи ладошкой. Отряд отрядом, а личные записи для обладателей посохов — это святое.

— Не доверяешь мне?

— Мама учила не верить красивым парням.

— Какой кошмар, — Эш шмыгнул носом и отвернулся. Когда же он вновь повернулся, то на лице волшебника застыла какая-то нелепая гримаса. — А если так?

Алиса честно силилась не рассмеяться, но все же не сдержалась и захлопнув Книгу зашлась в истерике. Волшебник, довольный своей проделкой, чуть сдавил бока Гвидо посылая его дальше. До реки ехать не так долго, а ведь надо еже принести позитив клюющему носом Мервину, стерве-Березке, язвительному Тулепсу и Лари, все целостно поглощенному чтением свитка техник почившего рыцаря.

— Как много дел, — печально вздохнул Эш, прикидывая как лучше разыграть бородача."

"Несмотря на проказы, магик то и дело кидал взгляд на Алису, пытавшуюся то ли придумать, то ли познать новое слово. Цветочник не мог сдержать улыбки — когда-то и он был на её месте… Ну не то чтобы и у него все обстояло так же скучно, но нечто подобное все же имелось в биографии самого разыскиваемого преступника всех времен и народов. Впрочем, об этом чуть позже.

К тому моменту как караван подошел к реке, Эш успел выслушать пару нотаций от Мери, выкурить несколько трубок с Мервином, поговорить о политике с Тулепсом и, конечно же, посопеть с Криволапым, который прочно выпал из обеих реальностей. Но вот впереди показалась река, прорезавшая бескрайние зеленые просторы своим синим мерцанием.

Невольно создавалось впечатление, словно рассерженный художник в страстном порыве перечеркнул картину, а потом присмотрелся, понял, что сделал хорошо и оставил холст в покое. Эрлд — бурный, грозный поток, в своем самом мелком и узком месте становился покорным и степенным, не теряя при этом присущей ему величественности и легкой нотки надменности.

Древний, как сами королевства, он будто с немым превосходством глядел на бесчисленных путников, больше похожих на трудолюбивых муравьев. Они все копошились, перебираясь через тело голубого гиганта, а тот пренебрежительно позволял им и дальше пользоваться переправой. Казалось, реке, будь у неё чувства, были безразличны люди и нелюди, с их нелепыми проблемами, ведь впереди Эрлнда ждали Семь Морей — воды полные страстей, крови и тайн.

И именно подобная картина предстала перед глазами волшебника, еще ни разу, не ходившего этим путем. Эш машинально провел пальцами по старому, но все еще крепкому и совсем не ветхому посоху. На душе у парня было неспокойно. Что-то тревожило бывалого бродягу. Нечто странное вызывало у волшебника чувство страха, а, признаться, вряд ли на землях от левого до правого горизонта найдется много вещей, способных напугать одного из Ордена Мастеров.