Пепел

 — Будет здорово послушать новую балладу о том, как древнему демону причинное место стрелами истыкали.

— А что, есть и такие? — неподдельно заинтересовался глава парада.

— Пока нет.

— Жаль, — понурился Хельмер. — Я, между прочим, собираю коллекцию песен, имеющих отношение ко мне.

Эш поперхнулся и спросил:

— Это как?

— Да весьма просто, — отмахнулся демон. — Прихожу в дом барда, отрубаю ему голову, а потом уношу с собой. Иногда, когда накатит грусть тоска, оживляю и заставляю петь. Порой — даже хором.

Волшебник никак не прокомментировал это заявление. Для него отрубленные головы не были чем-то шокирующим, так что Пепел просто продолжал сжимать деревянные бусы.

— А ты приятный собеседник, — ухмыльнулся демон. Вот только вместо зубов во рту виднелись точно такие же оскалы, как и в прорезях плаща. — Но, как говорится — дела-дела-дела. Мне еще детям кошмары сочинять, девушкам на уши сладкие слова нашептывать, парней налево тащить и прочее, и прочее. Так что вот, держи.

Хельмер, как ни в чем небывало, протянул руку сквозь щит Стихии и бросил к ногам юноши черную флейту. В это же миг бусы рассыпались прахом, а парень вновь захрипел.

— Прости, — рука демона резко покинула пределы круга. — Я все по тому человеку ориентируюсь. Забываю иногда, что остальные не такие крепкие.

— Ничего страшного, — улыбнулся волшебник, утирая рукой струйку крови, ползущую из уголка губ.

— Вот и прекрасно, — хлопнул по коленям Хельмер. Феи зашевелились и стали постепенно отступать в лес. — Тебе как невмоготу станет — сыграй пастушью балладу. Но помни — помощь придет лишь однажды.

— Зачем тебе это? — все же не удержался Пепел.

— Как зачем? Так ты ж принцессу хочешь спасти, дочь этого… ну… как его… Газ… Газрангана! Вот я тебе и помогу немного.

Только дурак не понял бы, что демон просто так помогать не станет. Конечно же Хельмер имел свой интерес, но Эш даже не собирался ломать над этим голову. Волшебника мало волновало в какие игры играют Орден, король, и глава парада слепой ночи. Да пусть вмешиваются сами боги — все это не имело к Пеплу ни малейшего отношения.

Хельмер, пусть и сидел скрестив ноги, но постепенно отдалялся от щита, все так же сверкая левым глазом. Он будто уплывал, но в то же время не шевелился, превратившись в замершую статую.

— Ах да, — спохватился демон. — Совсем забыл. Я ж тебе предсказание задолжал. В общем, монах, завтра все члены отряда умрут, и ты ничего не сможешь с этим сделать. А совсем скоро ты решишь, что забрать жизнь невинной будет для неё же лучшей участью. Ну, развлекайся."

"И демон исчез, забрав с собой голодную черноту и фей мрака. Эш, раскинув руки в стороны, облегченно упал на землю.