Пепел на обелиске

Убедившись, что разговор закончился, Влад унес чемодан с комплексом, а Мишель, аккуратно передвинув носилки верховного поближе к очередному сканнеру, спросил:

— Как долго ваши помощники будут собирать материал?

— Думаю, за трое стандартных суток они справятся, — подумав, ответил верховный.

— И еще две недели на доставку, — что-то прикинув, кивнул Мишель. — Вполне приемлемо.

— О чем вы? — не понял верховный.

— О сроках. Я уже многое понял, но мне нужны образцы для сравнения, — ответил врач.

— Поняли? Так быстро? — растерялся техножрец.

— Аппаратура работала всю ночь, так что, результаты общего сканирования я успел просмотреть, пока вы общались со своими соплеменниками, — улыбнулся Мишель, продолжая набирать что-то на клавиатуре.

Верховного вообще удивляло, как можно вот так, запросто, делать несколько дел сразу. Между тем, врач умудрялся проводить исследования, разговаривать с ним, и пить чай, до которого был большой любитель, одновременно. Не удержавшись, техножрец решился выяснить это у самого Мишеля. Услышав вопрос ксеноса, врач от души рассмеялся и, отставив керамическую кружку, всем телом развернулся к пациенту.

— Для того чтобы объяснить это, мне придется рассказать вам историю всей своей жизни.

— А разве это займет так много времени? — не понял верховный.

— Мне больше сотни стандартных лет, верховный. И поверьте, все эти годы были наполнены совсем не бездельем, — грустно улыбнулся Мишель. — Было время, когда наемники охотились на меня, как на дикого зверя. Но даже тогда, я продолжал работать, стараясь помогать поселенцам. Так сложилось, что я оказался единственным врачом на всей этой планете.

— И все остальные люди, живущие на других планетах не пытались вам помочь?

— Они не знали о том, что здесь происходит.

— Точнее, об этом знали не больше десятка человек, но их устраивало такое положение вещей.

— И что же вы такое сделали, что вас хотели убить? — с интересом спросил верховный, не ожидавший такого ответа.

— Корпорация, которой принадлежала планета, стремилась сделать из поселенцев, настоящих рабов. Заставить их платить буквально за все, от необходимых товаров, до нормального лечения. Они пытались извлекать доходы из любой беды, постигавшей поселенцев.

— Люди, очень странные, и очень разные создания, — помолчав, медленно проговорил верховный.

— Вы даже не представляете, на сколько, — усмехнулся Мишель, снова утыкаясь в монитор.

Запустив очередную программу, он взял очередной соскоб с панциря техножреца и принялся обрабатывать его различными вытяжками из местных растений, комбинируя их в произвольном порядке.

— Знаете, что самое интересное в вашем панцире? — неожиданно спросил он, поворачиваясь к техножрецу.