Пепел между нами

На ней были сапожки без каблука, бежевое пальто до колен. Какое-то широкое и невнятное. Она выглядела в нем, как будто беременная.

Беременная?!

Он вытаращился на ее живот так, что напрочь забыл о том, что надо дышать. Только когда в висках застучало, а грудь заломило от нехватки воздуха, сделал громкий судорожный вдох.

Русина, как ни в чем не бывало, подошла ближе и остановилась перед его столом.

— Уделишь мне пару минут?

— Что? — перевел на ее лицо ничего непонимающий взгляд.

— Я говорю, выдели мне немного своего драгоценного времени, Краев. Поговорить надо. Обещаю, надолго тебя не задержу.

— Да, конечно, — он подскочил на ноги и подвинул стул ближе к ней, — присаживайся.

— Спасибо, — Злата вежливо улыбнулась и аккуратно опустилась на самый край.

Повисла тишина. Она не спешила начинать разговор, а он попросту забыл все слова, и всеми силами пытался не пялиться на ее живот. Не получалось ни черта. И притворяться, что якобы не замети ее положения, было глупо.

— Злат, ты… — кивнул на живот, — беременная?

Она не стала стебаться, говорить, мол надо же какой глазастый и сообразительный, просто согласилась.

— Да.

Ее спокойствие обжигало. Он сам-то еле держался.

— Отец?

— Ты, — ни малейшей попытки скрыться и отрицать, — собственно говоря, вот на эту тему я и хотела с тобой пообщаться.

Он отец…

В ушах гремели ее слова. Отец. Аж кишки свело от такой новости, и сердце, которое и так едва справлялось, теперь и вовсе металось по всему организму, то затихая где-то в области живота, то судорожно сокращаясь где-то на затылке.

Затопила какая-то дикая, ни с чем несравнимая радость от того, что будет ребенок. У нее! От него! И губы сами расплылись в блаженной улыбке, только она завяла, стоило только напороться на ее прямой, совершенно равнодушный взгляд.

Краев дернул воротник полувера, который внезапно превратился в самую настоящую удавку.

— Внимательно слушаю.

Она кивнула, совершенно по-деловому, будто собиралась обсуждать не малыша, а деловой контракт с поставщиком стройматериалов.

— Как видишь, наши с тобой прошлые отношения, но обошлись без последствий, — положила руку на свой круглый, отчаянно выпирающий живот.

— Какой срок?

— Уже восемь месяцев, даже чуть больше. Мы когда расстались я, оказывается, на третьем была, и даже не догадывалась об этом, — развела руками, — увы, так бывает.

Не было ни дня, чтобы он не вспоминал ту пьяную выходку с Тимофеевой. От этих воспоминаний тошнило и нестерпимо хотелось залезть под горячую воду и драить себя, пока шура лохмотьями не начнет слезать, а теперь еще хуже стало."

"— Почему раньше не сказала? — руки пришлось спрятать в карманы, потому что они трусили, как у пропойцы.