Пепел Атлантиды

Она больше никогда не увидит людей, которые укладывали ее спать, читали сказки про фей и хоббитов, учили кататься на велосипеде и утешали ее, когда она раздирала коленки.

Она в последний раз посмотрела в их знакомые лица, запоминая каждую черточку, каждую тень. Они снова были похожи на себя.

Спокойные.

Счастливые.

Софи понадеялась, что так будет и дальше.

– Готовы? – Микстура достала из кармана два зеленых флакончика.

Этот антидот не был похож на шарик, в отличие от того, что они дали Ро, зато был таким же густым, склизким и зеленым.

Микстура помазала пятку отца Софи, и через несколько секунд он дрогнул – руки затряслись, ресницы затрепетали. Задержав дыхание, Софи наблюдала, как он медленно открывает постепенно проясняющиеся глаза.

На мгновение их взгляды пересеклись, и Софи готова была поклясться: в его глазах мелькнул проблеск узнавания.

– Пока, пап, – шепнула она. – Я тебя люблю.

Дэмель сжал ее трясущуюся руку.

– Ух ты. Очень… очень… непривычно.

– Ты в порядке? – спросила его Микстура.

– Да. Сейчас, дайте секунду.

На лбу проступили морщины, и Дэмель медленно глубоко вдохнул, а потом потянулся к вискам отца Софи и коснулся пальцами бледной кожи.

Софи постаралась отключиться, чтобы не видеть ужасы, которые приходилось лицезреть Дэмелю. Что бы в них ни было, он постоянно дергался и стонал.

– Все в порядке, – шепнул Киф, стягивая с Софи вторую перчатку и посылая ей лазурный ментальный ветерок.

Еще два дуновения спустя Дэмель попятился и завалился на пол, вжимая голову в колени.

– Нужно передохнуть? – встревожилась Микстура.

– Нет, лучше… лучше побыстрее с этим покончить. – Он потер виски. – Слишком много всего.

Еще два выдоха, и он выпрямился, взглянув на Софи.

– Готова?

Она не была готова – но все равно кивнула, и Микстура нанесла антидот на стопу матери.

Мама просыпалась чуть дольше, и открывшиеся глаза казалось затянула пелена. Но когда Софи шепнула «Пока, мам», ее взгляд будто бы прояснился.

– Я всегда буду тебя любить, – добавила Софи, сглатывая слабый всхлип.

Ее мама крепко зажмурилась и отвернулась.

Но в секунду, когда Дэмель коснулся ее виска, она прохрипела:

– Я тоже всегда буду любить тебя, Софи.

А затем ее глаза закатились, и Дэмель стер воспоминания навсегда.

Глава 90

– Я в порядке, – заверила Софи Кифа.

Она говорила ему это уже в десятый раз. Но он все равно не отпустил ее руку и послал очередной мягкий ветерок, подувший в сознании.

Он помог. Немного. Онемение упорно боролось за власть над телом. Видимо, поэтому Киф и не отпускал.

Софи, Киф и Дэмель вернулись на веранду, потому что после духоты комнаты им нужны были воздух и солнечный свет.