Пентюх

А потом, на всякий случай, ещё и зарисовал, как умел, тело и рану. Посмотрел, не пропустил ли чего и скомандовал:

Когда тело перевернули, я увидел на спине и выходное отверстие. Пуля, получается, прошла насквозь. И вышла выше, где-то в районе лопатки. Тщательно записал местоположение, характер раны и опять зарисовал всё. Спрятал карандаш и скомандовал:

– Зарываем назад! – и пошагал вместе со старостой в центр села…

Глава 11. Нежданная встреча

Когда пришли в контору (так здесь назывались избы, где размещались староста и становые приставы с писарем), Корюх полез в деревянный шкаф, покряхтел и достал оттуда красивый кожаный чемоданчик. Писарь Федос, сидящий за столом в дальнем углу комнаты, посопел носом, и принялся что-то старательно выводить в большой амбарной тетради. Староста покряхтел ещё, глянул на Федоса и со словами:

– Пропажа нашлась! – положил на деревянный стол орден.

Орден этот тоже изображал солнце, только на перекрестье мечей. Я повертел его и так, и эдак. Отметил, что сделан он красиво. Может, даже из драгоценных металлов. По крайней мере, на шестиугольном солнце на краях каждого лучика были какие-то камни. Я достал опять блокнот, карандаш, тщательно описал орден, а потом бережно положил в сумку. Потянулся к чемодану, аккуратно открыл и посмотрел внутрь. Там лежали бумаги какие-то, табакерка, трубка и пачка денег. А ещё… документ.

– Владимир Пантелеевич, а гражданина этого, убиенного, в селе раньше кто-нибудь видел?

– Неа, – замотал головой Корюх, – Всё село посмотрело – никто не видел его.

– А как он в село попал? Кто нашёл? – я взял карандаш и приготовился записывать. Вывел вверху странички: «Показания старосты села Разумное В.П. Корюха!»

– Как попал – энтого не знаю, – староста переминался перед столом с ноги на ногу, – Нашёл с утра Федос! Как раз на службу шёл и обнаружил!

– Дальше? – я старательно записывал за старостой.

– Дальше он заорал, ровно кабанчик, которого резать собрались! – забубнил староста.

– Кто заорал? – поднял я глаза, – Убиенный?

– Какой убиенный? – выпучился староста: – Как убиенный заорать-то мог?

– Я-то откуда знаю? – я пожал плечами: – Вы сами сказали: – Заорал как кабанчик!

– Так Федос заорал! – староста глянул на меня удивлённо.

– Понял, – кивнул я и принялся записывать: – Дальше…

– Ну, сбежались мужики. И я прибежал со всеми. Глядь, а на земле убиенный лежит!

– Как лежал? В каком положении?

Староста диковато на меня посмотрел. Покряхтел и лёг на пол, откинув левую ногу и оттопырив руки в стороны.