Кровник (пенталогия)

А кто начнет задавать дурные вопросы, тот домой пешком пойдет…

— Нуу-у-у! — обиженно протянул Сашко. — Прям и не спроси…

— А тут и пешедралом недалече, — рассудительно заметил Серьга, надевая верхонки и направляясь к куче дров. — А чо там было-то? Крик какой-то был… Ась?

— А ничего особенного, — прошамкал Антон с набитым ртом, поедая ароматную пропеченную картошку, не чищенную, а просто разломанную на четверти, и запивая ее остатками молока. — М-м-м, прелесть! Вот ведь опыт-то, это вам не сырую, горелую жрать, тут торопиться нельзя…

— Так чо тама? — нетерпеливо напомнил Серьга.

— «Духи» на «таблетке», как я и говорил, — равнодушно ответил Антон. — Полтора десятка. Омоновцев наших прижучили: троих завалили, двоих живьем взяли. Сейчас пытают.

— Да ну!!! — в один голос воскликнули казачата и, переглянувшись, синхронно хмыкнули, явно выражая недоверие к такой не правдоподобной сказке, состряпанной на скорую руку.

— А чо тада стрельботни не было? — хитро прищурился Серьга, а практичный Сашко тут же решил развенчать батькину трепологию:

— А дай карабин, гляну?

— А неча глазеть, — в тон ответствовал Антон. — Нас оттуда не видно, вот и не высовывайтесь. Давай, марш, марш работать. Надо побыстрее укладываться да сваливать отсюда. А то «духи» доедят шашлык, тех двоих допросят, расстреляют и сюда попрутся. Можем не успеть…

Со стороны брода раздался отчаянный крик, затем сочной трещоткой шарахнула длинная очередь, в полмагазина, не меньше.

Лица мальчишек от удивления вытянулись, разинув рты, они уставились на Антона.

— Сам не понял… — растерянно пробормотал Антон, чувствуя, как в груди нехорошо заныло: ох и не похоже это на идиотские шалости, только присели хлопцы, не успели еще укушаться до потребной кондиции!

— А ну, сели, где стоите, сейчас посмотрю, — бросил пацанам, подхватывая карабин и ползком взбираясь на пресловутый штабель.

Пока лез да пристраивался поудобнее с оптикой, от брода еще дважды стрекотнуло: короткие бестолковые очереди почти без промежутка, кто-то то ли для острастки палил в воздух, то ли на ходу огрызался назад, не целясь.

— Ох ты, как нехорошо! — огорченно выдохнул Антон, наскоро обозрев перспективу. — Вояки хуевы, мать вашу!"

"«Площадка для пикника» представляла собой удручающее зрелище. До недавнего времени (а конкретнее, до перехода федеральных сил через Терек) литовские станичники выставляли здесь дозор: нагромождение камней, густые кусты, некоторая приподнятость над берегом, очень удобное место для наряда, любой, кто рискнул бы преодолеть брод, неизбежно попадал в сектор кинжального огня засевших за камнями казаков. Как раз та позиция, о которой говорят: посади толкового пулеметчика с группой прикрытия, полдня будет батальон держать.