Кровник (пенталогия)

А тут, представьте, — на! Свалился на голову внезапно оживший мертвец, выглядит вполне еще свежо, не пахнет, пышет здоровьем, уверенностью и желает сотрудничать. Сильное удивление на грани истерического припадка будет обязательно. И продлится сие удивление довольно долго, и обязательно будет чревато смятением мыслей, сумбуром в умонастроении и неспособностью трезво взвешивать ситуацию как минимум в течение ближайшего часа.

А мы его тепленького, оппочки! — иди сюда, мой красивый! Давай делом займемся.

«Ауди» сбавила ход, поравнялась со мной и притормозила. Стекло со стороны водителя поехало вниз, водитель задушенно откашлялся и робко крякнул:

— Олег?! А ты тут это… Да? Ты тут…

— Тут я, тут, — благожелательно подтвердил я, обходя машину, усаживаясь в салон рядом с водителем и протягивая руку для приветствия:

— Здоров, Федорыч. Вот, гулял, смотрю, ты едешь…

Рука Попцова была мокрой. Однако! С детства не люблю товарищей с влажными руками. Раньше майор таким недостатком не страдал. Взволнован, аж в пот бросило бедолагу. И есть отчего.

Майор владеет информацией. Без этого в его деле никак: вовремя недовернул головенку на пару градусов, и привет, сам влетел и спалил прибыльное предприятие, которое кормит не один десяток больших мужиков.

Так вот, информация утверждает, что мы все: полковник Шведов, команда в полном составе и ваш покорный слуга, около года назад благополучно отдали концы. Все, кто когда-либо общался с нами, вычеркнули нас из жизни. Нет нас.

И вот вопреки этой однозначной информации я стою у фонаря и беззаботно поглядываю на падающие снежинки. Есть отчего прийти в смятение. А нам только это и надо, будем ковать железо не отходя от кассы.

— А я к тебе по делу, Федорыч, — беззаботным тоном сообщил я. — Прибарахлиться надо.

— Эммм… — нервно сглотнув, промычал Попцов. — Я это… Ну… Я вообще-то с работы. Ну… Может, завтра? Созвонимся, переговорим… Понимаешь…

— Да, я понимаю, — посочувствовал я. — Ситуация более чем нестандартная. Столько времени мы тебя не тревожили, и вдруг, раз! Понимаю. Но, Федорыч, нам экстренно прибарахлиться надо, не до сантиментов. Сам знаешь, мы люди не жадные, не обидим. Поехали посмотрим, чего там у тебя хорошего. Давай!

Попцов послушно сдал назад, развернул машину, и мы покатили по ночному шоссе к окраине города. Какая буря чувств бушевала в организме майора, я, естественно, ощущать не мог, но напряженное молчание и не по сезону выступившие на лбу моего спутника капельки пота, искорками отсвечивавшие в отблесках встречных фонарей, свидетельствовали о страшном смятении.

— Мы? — через некоторое время хрипло вымолвил майор. — Ты сказал, «мы»? Или я ослышался?

— Нет, не ослышался, — подтвердил я.