Кровник (пенталогия)

Как сам?

— Салам, Магомед, салам, дорогой! — лживо обрадовался Гасан и с ходу начал петь:

— Как здоровье, как семья? Не болеешь ли? Горит ли твой очаг?

Я почти физически ощутил, как заскрипели шестеренки в аналитическом устройстве моего собеседника, которое пыталось по ходу дела выудить какое-то подобие ответа на закономерный вопрос: а кто, собственно, этот Мага?! Я бы, например, позвони мне кто вот так, непременно признался бы, что не помню никакого Магу и вообще… Но, перефразируя известное изречение, следует помнить, что Кавказ — дело не просто тонкое, а тонюсенькое до крайности. Я моментально представил себе этого Гасана: этакое хитромудрое сочетание — чеченский кагэбэшник старой школы, на полном серьезе намеревающийся мило побеседовать с незнакомым человеком и выудить у него кучу полезной информации, создав у собеседника иллюзию приятельских отношений. Ну ничего, пусть себе. Пока он там загогулины выписывает, я аккуратно загружу его.

— Слушай, Гасан, — у меня такой материал есть! Бомба! — Сообщив это, я посмотрел на часы: стрелки новенького «Ориента» показывали семнадцать тридцать две. Если я не ошибаюсь, именно с этой минуты нашим разговором должны заинтересоваться компетентные ребята из соответствующих структур. Особо разглагольствовать времени нет: если «прослушка» работает в прежнем, доперестроечном режиме, минут через пять-семь в номер могут вломиться здоровенные парни в полувоенном прикиде и с ходу начнут интересоваться, какого черта я тут делаю.

— Что за материал? — моментально насторожился мой собеседник. — Насчет чего материал?

— Компромат на кое-кого из правительства. Очень высокопоставленные люди! За такие вещи можно не то что с поста снимать — расстрелять мало…

— А почему ты ко мне обращаешься с этой информацией? — враз поскучневшим голосом спросил Гасан, очевидно, обзывая меня мысленно ишаком и еще чем-то в том же духе: сведения такого характера по телефону мог передавать только законченный дегенерат, не имеющий представления о тотальной шпиономании, царящей в суверенной Ичкерии. — Знаешь, это вроде бы того… не по моей части… И вообще, насчет всего, что касается правительства… э-э-э… знаешь ли…

— Знаю! — вдохновенно выдал я. — Я знаю, что ты порядочный, честный и… не трус! Тут такая компра — через одного расстрелять можно!"

"— Да, Мага, — ты все такой же… — дребезжащим смешком рассыпался голос Гасана. — Неуемный, деловой… Когда мы с тобой в последний раз виделись?

Ara — хитрый дядька запустил пробный шар, начал аккуратно прощупывать! Ну и мы вам — нате:

— Да ты что, забыл, что ли, Гасан? С 19 по 25 декабря прошлого года мы с тобой… не помнишь?

— С 19 по 25 декабря? — переспросил Гасан.

— Именно, — подтвердил я и замер, затаив дыхание.