Адмирал. Пенталогия

Румянцев прекрасно понимал состояние турецкого генерала, потерявшего крепость и четверть своих солдат без единого шанса нанести противнику ответный урон.

— Неужели ты со второго выстрела башню снес? — удивленно переспросил Румянцев.

— После пристрелки сделали только три боевых выстрела, — подтвердил граф Алексеев. — С таким оружием мы через месяц в Стамбуле будем.

— Ничего не выйдет, у меня осталось только шесть снарядов.

— Я подожду, до лета еще наделаешь. Сколько тебе потребуется времени на снаряды?

— Здесь вопрос не во времени, а в деньгах, дешевле золотом стрелять, чем этими снарядами.

— Напиши мне проект, я сразу в Сенат его отправлю, дело государственной важности.

— Сенат не поможет, это вопрос науки. Московский университет три года помогает, Петербургская академия в стороне не стоит. Но химический процесс никак не дается.

Изготавливать взрывчатку было сложно, но не настолько, чтобы не начинать массовый выпуск. Сергей хотел придержать изобретение еще лет на двадцать.

Надо детальнее разобраться в возможном последствии нового оружия. Шесть лет назад он попал в XVIII век.

Три года назад активно заявил о себе. Но еще не достаточно разбирался в реалиях новой жизни. Как и любой человек, плохо помнил школьную историю и совсем не помнил дат основных событий мировой истории. Бывший офицер ВМФ СССР и бывший моряк торгового флота знал историю морских сражений, но не больше Этого совершенно недостаточно для предвидения возможных изменений, вытекающих из распространения взрывчатки.

Зато он помнил историю создания динамита. Американцы для разработки многочисленных золотоносных шахт начали применять нитроглицерин. Но способность к самодетонации приводила к огромным жертвам, особенно на этапе транспортировки. Поэтому в Америки объявили конкурс идей безопасной транспортировки. Господин Нобель предложил использовать морскую губку. Жидкость впитывалась в губку и теряла возможность самодетонации. До конца Второй мировой войны американцы придерживались идеи нитроглицерина и пористого носителя. Даже додумались до аморфнопластического носителя.

Европа и Россия изначально отвергли идею такого взрывчатого вещества. Формула «нитроглицерин плюс идея Нобеля» применялась только русскими террористами. Была создана взрывчатка под названием пироксилин (по-японски — шимоза), но трагедия Цусимского сражения заставила искать другое взрывчатое вещество. Пироксилин очень гигроскопичен и чувствителен к содержанию влаги. Русская эскадра вошла в Корейский пролив с сырым пироксилином, который по определению не мог взрываться. В бою возле острова Цусима русские корабли добились прямого попадания во все японские корабли.