Лестница Пенроуза (СИ)

Артур из снов казался другим именно поэтому. Там он не ждал, пока Имс сделает первый шаг, тот Артур мог прийти и взять то, что считал своим, и Имса в том числе.

Имс искоса посмотрел, как Артур возится с чайником и заваркой. Перед этим Имс прослушал возмущенную речь о своем несознательном поведении, ненормальном для взрослого солидного человека, и о том, что подобные безрассудные поступки непозволительны и чреваты опасными, очень опасными последствиями. Теперь Артур взял тайм-аут, видимо, готовился произнести вторую часть воспитательного спича.

И Имс вдруг понял, что ему надо этих опасных последствий – и срочно. Что его до звона в яйцах задолбала привычка притворяться перед самим собой, вся эта удачная и стремительная бизнес-карьера, необходимость играть по правилам, подчиняться ритуалам социума. Он давно уже перестал задавать себе тот самый, простой и глупый вопрос: живу ли я так, как хочу? К чему? Такие вопросы теснятся в головах у неудачников, неспособных реализоваться в жизни, а у него-то все нормально, все офигенно, лучше не придумаешь – карьера, деньги, вся жизнь впереди.

Хандра. Сплин. Очень по-английски. Лучше не придумаешь.

Или придумаешь? Или стоит все же спросить себя еще раз – нравится или нет? Вот чего хочется именно тебе, мистер Имс, успешный бизнесмен тридцати пяти лет от роду? Или так – к чему ты стремишься, студент Имс, юный раздолбай девятнадцати лет, имеющий странную привычку выступать в качестве подопытного кролика для своего друга, гениального химика-недоучки Юсуфа? Или так – о чем ты мечтаешь, девятилетний обормот Имс, сбежавший от родителей, чтобы отправиться юнгой в кругосветное путешествие (беглеца поймали в порту Ливерпуля)?

Из задумчивости Имса вывел громкий стук, с которым Артур брякнул перед ним на стол чашку с чаем.

Артур всем видом олицетворял неодобрение – напряженной спиной, задранным подбородком, поджатыми губами и раздувающимися ноздрями. Имс склонил голову к плечу, разглядывая и прикидывая, тащить ли в кровать мириться или сам успокоится? В итоге выбрал компромиссный вариант:

– Арти, пойдем прогуляемся, м? – предложил Имс. – Давай, давай, а то ты сейчас вспыхнешь от возмущения.

Артур открыл рот, хотел было что-то сказать, наверное, опять о поразительной беспечности, но передумал, пошел в коридор и стал там шуршать – одевался. Имс вышел, как ни в чем не бывало, натянул куртку, в тесноте коридора положил руки Артуру на талию и подтянул к себе, ткнулся носом в ухо. Ухо было теплое и нежное, а вот локоть, вдавленный ему в солнечное сплетение – твердый и жесткий.

– Не злись, Артур, – мурлыкнул Имс.