Человек из Пекла. Книга 3

Затем рейдеры забрали из внедорожников оружие, рюкзаки и направились мимо огороженного высокой сеткой-рабицей с натянутой поверху "егозой" плаца, который сейчас обметал куцей метлой один из "косепоров".

Обойдя плац, всей группой вышли на маленькую стояночную площадку перед крыльцом столовой-гостиницы. На входе, опёршись о перила, стоял Горец.

Сойка, выдохнув, рванулась к нему. Некоторые бойцы команды при этом заулыбались, другие несколько разочарованно, но без зависти, выдохнули. Горец, успев спуститься с крыльца, принял в объятия Сойку и пару раз крутанулся с ней, впившись губами в её. И плевать они оба хотели, что все вокруг смотрят.

Рейдеры немного притормозили, чтобы своим проходом не портить момент. Когда Горец и Сойка, наконец, "разлепились", подошли и остальные. Кроме Медоеда, Сойки и Анжелики, Горца знал только Бесогон, пусть и "шапочно", так что пришлось знакомиться.

Немного странно отреагировали на отца Димы Охотники, а Птаха, как показалось Диме, так и вообще, отнеслась с еле прикрытой настороженностью. Но ощущалось в её эмоциях и любопытство. Она на Медоеда и взгляд бросила, мол, вопросов у меня к тебе много. Но это ожидаемо. И это ещё Горец не улыбался…

Бойцы потянулись ко входу и вскоре на крыльце остались только командиры, Медоед с Анжеликой, которая тоже искренне была рада видеть отца Димы и Сойка.

— Как чувствовал, что вы здесь, вот и решил завернуть, — произнёс Горец, обнимая Сойку. — И у меня много новостей. Но я думаю, вы сначала в порядок себя приведёте с дороги. Я-то здесь уже несколько часов.

Сойка кивнула и потянула Горца за собой. Задерживать их никто не стал. Когда они скрылись, Птаха настороженно спросила Диму:

— Ответишь на вопросы?

Медоед усмехнулся, а Анжелика закатила глаза, мол, я в душ хочу, какие нахрен вопросы:

— Я бы сказал позже, но мужики душ, наверное, уже забили…

— Ты же в курсе, что… ммм… Горец не человек?

Медоед покачал головой и взглянул на Охотницу:

— Он-то, как раз и человек, больше даже, чем многие из нас.

Бесогон тоже взглянул на Диму, затем на Птаху:

— Так-то он кваз. Очень необычный кваз, ты его оскал ещё не видела.

— Он не кваз, поверь, Бесогон, — веско ответила Охотница.

— Это что-то меняет, Птаха? Он таким ещё до моего рождения был и никого за это время не съел, так что не понимаю твоих опасений, — подал плечами Медоед.

— Это не ответ, Медоед. Кто он на самом деле?

— Мой, отец, Птаха. И повторяю, он — человек, — с нажимом ответил Дима. — По твоей логике выходит, что и я должен быть… не человеком. Но почему-то ко мне ты не относишься, как к бешеной собаке.

— Я не это имела в виду и ты это понял.

— Слушай, Птаха, может тебе с Горцем самой поговорить и все вопросы отпадут? — вмешался уже Бесогон. — Да, внушает мужик, но у них вон, вся семья такая.