Пекарня с сюрпризом для попаданки (СИ)

— Да конечно отдам, вот только сестре-то твоей лекарь нужен, иначе она не жилец, — и старушка кивнула на меня. — Вы и до города не доберетесь, как она от жара сгорит.

А старушка права. Я чувствую, что у меня температура. Какая — бог его знает. Но что я вся горю, в этом сомневаться не приходится.

— И что нам делать? — мы с Сабриной переглянулись.

— Идемте, я вам помогу. Чем смогу, конечно, — старушка отдала Сабрине наши платья, а сама подхватила тяжеленный котел, который не дочистила, и повела нас по неприметной тропинке.

— А вы одна живете? — я смотрела на домик, который, похоже, держался на честном слове.

— Да, одна, — старушка усадила нас на лавку, что была под навесом на улице. — Дед давно отдал богу душу. А может, и дьяволу. Кто ж его разберет. Он у меня шибко вредным стариком был, — старушка слишком шустро для своего возраста и скрюченного положения тела суетилась. Она принесла из колодца ведро воды и налила в таз. Велела мне опустить туда руки. Превозмогая боль и сцепив зубы, я сунула руки в воду. Остатки воды она вылила в корыто и сунула туда нашу одежду. Сабрину она посадила выполаскивать от песка и грязи наши платья, а когда та справилась, помогла развесить. Здесь же, неподалеку, старушка разожгла очаг.

— Как вас зовут? — я следила за подозрительной старушкой.

— Лабрия, — представилась наша добродетельница. — Лабрия Дельфиего, — и старушка манерно поклонилась.

— А меня Сабрина, а это моя сестра Диана, — сестра открыто улыбалась старухе, и та отвечала ей тем же, а вот на меня смотрела с хитринкой.

— Сестра ли? — и старуха со странным именем Лабрия словно просканировала меня.

— Да, мы дочери пекаря, — щебетала девочка.

— Да, да, — кивала старушка, вытаскивая какие-то веточки из засушенных букетиков. Она их измельчала, смешивала, в итоге высыпала все в котелок и поставила на огонь. Достала банку с какой-то вонючей субстанцией и, выпарив воду из котелка, смешала с этим вонючим “нечто”. Получилась густая вязкая мазь. Старуха достала откуда-то полотенце и порвала его на длинные лоскуты. Прокипятила часть бинтов и, разложив их на полотенце, густо смазала эти бинты мазью.

— Давай, моя хорошая, будем спасать тебе руки, — Лабрия махнула мне рукой, и я подошла к ней. Ловко она перебинтовала мне руки, практически не причинив боли. Это точно какая-то магия. Я должна была орать в голос от одного прикосновения, но я не то что терпела, даже улыбку получалось выдавливать из себя, чтоб не пугать Сабрину. Когда перевязка была закончена, старушка усадила нас за стол и поставила перед каждой по миске с овощным рагу.

— Мяса нет, уж извините, нам оно не по карману, — старушка села с нами и принялась за еду."

"Меня кормила Сабрина, так как руки были забинтованы. После рагу были лепешки с отваром из трав.