Пекарня с сюрпризом для попаданки (СИ)

Винченцо же держался молодцом, только очень уж часто его глаза становились звериными, когда он ненавидяще смотрел на старуху. А она лишь покрикивала, чтобы он своего зубастого держал при себе, и что без ее усилий нам пришлось бы в разы хуже.

И вот, наконец, раздался долгожданный крик малыша, а если точнее — малышки. Как оказалось, у нас у обоих появились на свет девочки.

— Ну-ка, ну-ка, — старушка обтерла и замотала дочь Хильды и сейчас занималась нашей, а я коршуном следила за женщиной. Неспроста она появилась из неоткуда, и потому я ждала подвоха. И он всплыл, когда Лабрия приподняла ребенка и провела над ней рукой.

— Так-так-так, — задумчиво проговорила женщина. — Дар огня от бабки, а от матери — возможность слышать мысли убийц. О, тут и от отца проницательность досталась, — проговорила старуха. — Быть тебе, малышка, не просто помощницей всем обездоленным, а великой воительницей со злом. Подарю-ка я тебе кое-что, чтоб знать, кто друг, а кто враг, — и Лабрия прикоснулась к своей грудной клетке, словно взяла у себя что-то. У нее на руке появилась светящаяся сфера без четкого контура. Винченцо дернулся к старухе, чтобы оградить дочь от непонятных подарочков. Я лишь беспомощно смотрела, как мужчина падает, словно ноги отнимаются, а старуха подносит сферу к груди моей дочери. Свет проникает в ребенка, но не проходит ни секунды, как он вылетает из нее и кружит у нас всех над головами. Он словно выбирает жертву. Винченцо с трудом поднимается на ноги и пытается заслонить меня от сферы, но я не интересую этот свет. Он, найдя объект, который искал, со скоростью света летит за занавеску, и мы слышим вскрик Хильды и отца.

— Что это такое?! — кричит женщина, и я дергаю за занавеску, отодвигая ее в сторону.

— Что это было? — папаша Джузеппе тоже пытается броситься к старухе, но падает, как и Винченцо.

— Очень интересно. Ты у нас малышка с характером? — это старуха обращается к моей дочери, которую так и держит на руках. Она замотала ребенка и отдала его мне. А я прижала малышку к себе, смотря на старуху волком. — Не смотри так, не смотри. Это был дар, а не проклятье. Но твоя дочь не захотела его взять, а отдала его своей будущей подруге и наперснице. Так будут эти девочки шагать по жизни вместе, борясь со всем злом и нечистью, что еще есть на этом свете.

— Что это был за дар? — Хильда и Джузеппе уже успокоились, а старуха подошла к ним и протянула руку к их дочери.

— Дар предвидения, а еще она получила способность помнить все от матери и доброе сердце от отца, — произнесла Лабрия, словно просканировав ребенка. — А сейчас пейте отвар, что я приготовила, и выметайтесь-ка отсюда. А то устроили мне тут родильный дом!

— Но как? — я опешила. Нам же нельзя какое-то время вставать. И вообще, мы сюда на коляске приехали.