Книга 4. За семью печатями

От слова «ублюдки» меня покоробило.

«Так у тебя, девочка, ко всему прочему заниженная самооценка! Вот почему ты видишь зло по отношению к себе там, где его нет. И излучаешь негатив не по делу…»

– Ну и как, нашла причину всей этой трагедии? – поинтересовался я.

– Дело не в смешанных генах, как считает Добран Глебыч. Это слишком упрощённое понимание. Дело намного серьёзнее. И я уверена, что догадка моя верна.

– Интересно, что у тебя за догадка?

– Вредишь ли, я заметила, что в результате межнациональных браков, когда один родитель – поляк, а другой, например, литовец или латыш, один родитель – немец, а другой – белорус или, как ты, – русский, дети рождаются без аномалий. Точно такие же, как в моноэтнической среде.

Но если русский смешан с финном, башкиром, якутом или евреем, то жди беды. По статистике на 80% здесь не столько межнациональная смесь, сколько межрасовая. Вот где собака зарыта.

– Я тебя не пойму, о чём ты?

– Не надо лукавить, Юра, ты знаешь, что я хочу сказать. И тебе известно, что многообразие земных рас возникает при смешении человека разумного с полуобезьяной. Точнее, с разными видами архантропов. Это земная политкорректная наука водит человечество за нос. Дескать, все расы произошли от кроманьонца. Так-то оно так, только с добавкой крови синантропов и неандертальцев.

– Ты что, считаешь, что славяне, австрийцы, немцы и скандинавы тоже «смешай господи»?

– Нет, я так не считаю, но финны, в частности карелы, вепсы, коми, мордва и другие, а также этносы с монголоидными признаками и, конечно же, чистые монголоиды, я имею в виду территорию Сибири, всё это люди смешанного происхождения. Понятно тебе, какие гены просыпаются во время межрасовых браков? Обезьяньи! Я же в себе их чувствую! Понимаешь, чувствую!

– Ты что плетёшь, что несёшь! – вскочил я с кровати. – Даже если это всё так, никакой беды нет! Понимаешь, нет трагедии! Если ты знаешь и сознаешь проблему, значит, ты вооружена!

Дашенька, закрыв лицо руками, затряслась в беззвучном рыдании.

– Понимаешь, – обнял я её за плечи. – Если тебе известна болезнь, то ты уже наполовину здорова! Болезнь страшна, когда ты о ней не подозреваешь. Успокойся.

– Это не болезнь, это намного хуже, – прошептала Дашенька.

– Это тебе так кажется, вспомни Гюго «Отверженные». Там был такой герой, Жан Вальжан. Каторжник и убийца. Но кем он потом стал? Честнейшим человеком. Самым лучшим на свете отцом! Знаешь, почему? Потому что он осознал, кто он, и захотел стать другим! Главное – захотеть стать другим! Главное – захотеть изменить свою природу! Генетика только тогда работает, когда человеческое сознание ей не противится.