Книга 4. За семью печатями

Прошло менее десяти минут, и рунная магия вступила в своё действие. Теперь предстояла задача отвлечься и на время забыть о включении силового противодействия стихии.

«Что бы придумать? – размышлял я. – Может начать снова петь песни? Что-то вроде: «Вихри враждебные веют над нами. Тёмные силы нас злобно гнетут…» Идея-то неплохая, только сознание песнями не переключишь. Лучше всего вспомнить что-нибудь очень хорошее из своей жизни! Это самый надёжный способ отключиться от настоящего. Хорошо, так и сделаю, – принял я решение. – Только сначала перекушу и попью горячего чаю».

Наскоро поев и подкинув дров в печурку, я опять улёгся на своё место и мысленно перенёсся к близким и родным по духу людям, пусть и таким далёким сейчас.

После работы с научной литературой, мне пришло в голову отправиться к себе в комнату. Спать не хотелось, и я решил немного поваляться и просто подумать. Но на пороге спальни вдруг появился Добран Глебыч:

– Можно на несколько секунд? – пробасил он, улыбаясь.

– Конечно! – обрадовался я.

– Я пришёл пожелать тебе спокойной ночи и спросить, как у тебя настроение?

– Настроение, прямо скажу тебе, скверное.

– Это почему? – удивился он, усаживаясь в кресло.

– А чему радоваться? Приехал я к вам пусть плохим, но, в какой-то степени, интернационалистом. Но вы из меня делаете настоящего расиста. Причём вопреки моему желанию. Сначала вы меня познакомили со своей теорией необходимости чистоты рас и особенностями русского расизма. Потом об антропологической однородности нас, русских, я читаю у ряда выдающихся учёных. Чего доброго я скоро задеру нос и возненавижу и гибридных западноевропейцев, и полуархантропов африканцев…

– Не задерёшь и не возненавидишь, – перебил меня князь-старейшина. – Потому не возненавидишь, что ты чистопородный представитель нашей расы. Единственное, что тебе придёт в голову, так это поднять до своего духовного уровня и западников, и африканцев. Благородство и справедливость заложены в наших генах. Потому я и говорю с тобой в таком уверенном тоне. Ты должен знать: наши духовные качества проверены на опыте. Россия всегда была империей. Даже в период своей раздробленности. Но нигде русские люди не притесняли другие народы за их иную национальную принадлежность. Хоть один народ исчез под властью русских?

– А разве не исчезли? – засмеялся я. – Где сейчас чудь белоглазая? Ушла под землю! Так?

– Так, так. Мы исчезли, потому что сами этого захотели. Как и ваши сибирские челдоны. Но, по сути, никто никуда не исчезал. И ты это хорошо знаешь.

– Да, знаю я. Знаю, что мы, русские, сколько живём на земле, столько и спасаем вымирающие народы. Взять тех же юкагиров.