Книга 4. За семью печатями

– Ты хочешь сказать, что от расовой чистоты зависит связь с Высшим? – спросил я мезенского философа.

– Не совсем, от наличия в генетике звериных примитивных генов. Если такие гены присутствуют, то автоматически рвётся связь с тем, кто нас ведёт по спирали высшей эволюции. Полуобезьяна ему не интересна, потому что её психика зациклена в основном на бананах. На материальном. Для неё эволюционный путь начинается сызнова. От нуля. Для Высшего это регресс, а для носителя генов архантропа, наоборот, прогресс. Но это уже другой разговор. Теперь ты понимаешь, кто в основном попадал в холопы и неприкасаемые?

– Гибриды, смешанные с архантропами, негативно проявившие себя нелюди. Признаться всё, что ты рассказываешь, я давно знаю.

– Повторение – мать учения! – улыбнулся Добран Глебыч. – А теперь ответь мне, если тебе всё ясно и понятно, по какой причине так ненавидят москалей Галицкие русские?

– Тут много причин, – почесал я затылок. – С одной стороны, может быть виною гибридная генетика. Была бы она иной, всё было бы иначе. С другой стороны, отколол Галицкую Русь от Руси восточной знаменитый князь Даниил Романович. Были у него амбиции сделаться на всей Руси единым правителем. В таком деле он стал искать поддержку у Ватикана. Как объясняют наши историки? Якобы для того, чтобы сокрушить орду. Но это чушь: Орда в 1241-1242 годах чуть было всю Европу не поставила на колени. И папство ей в этом нисколько не помешало. Чтобы стать королём, Даниил Галицкий пошёл с папой на унию: подчинил галицкую православную церковь Ватикану, сам же принял католицизм. Отсюда и амбиции у западников. Они считают, что законным королём всех русских земель был Даниил Галицкий, их князь-герой, который подписал с Ватиканом договор. Законно всё, что от папы, и незаконно, что родилось в недрах нашего народа. Такие амбиции нашли отклик в среде местного населения. Вот и всё. Кстати, насколько я знаю, матёрых ненавистников Московии в Закарпатье не так много. Этих больных западным, психозом на Украине горстка.

– Но вони от них, как я уже сказал, много, Юра. Очень много, потому что движение националистов хорошо оплачивается. Вот в чём беда.

В это время на пороге комнаты появилась Ярослава.

– Вы тут без меня, я вижу, кое-что обсудили. Так что думаю, я как раз вовремя.

– Вовремя, вовремя! – засмеялся Добран Глебыч. – Давай за меня закончи о наших друзьях из Львовщины. Я ему успел рассказать немного об их этногенезе.

– А про кельтский пласт вы вспомнили? – спросила женщина-историк.

– Признаться, нет, – сконфузился её муж. – Мы говорили о четвёртой группе крови. И о её носителях.

– Предположительно питекантропах?

– На таких частностях мы не останавливались, – совсем погрустнел князь-старейшина.

– Тут вот какое дело, – повернулась ко мне Ярослава.