Печати Мирана (СИ)

Теперь, когда я точно знала, что папа рядом, я позволила себе думать о будущем более предметно и четко. Я уже решила для себя, пока папа будет на Миране, я никуда отсюда не денусь, если меня, конечно, не депортируют. А военные неоднократно повторили, что этого точно не произойдет.

Да, помимо папы есть еще команда “Нового начала”. Их судьбу определят переговоры между Мираном и Содружеством, так как все женщины являются гражданками разных планет, хотя Лекс и уверил меня, что все мои подруги пробудут здесь ровно столько, сколько потребуется для их восстановления. А потом?

Миранец утверждал, что капитана Перес, Полию, Наву и Ию не оставят в беде. Компенсируют им все, что они потеряли, и окажут любую поддержку, какая только может потребоваться. И я... я ему верила. Этот мужчина вообще казался мне тем, кто просто не способен на вранье.

Услышав голос Лекса, я замерла и оторвалась от проекций. Повернула голову и посмотрела на капсулы с мужчинами. Заволновалась, хотя повода в этом вроде бы пока не было.

- И что нам делать? - спросила я, погасив браслет."

"- Поздороваться, - улыбнулся мужчина. Его улыбка... явно была его секретным оружием. Я не хотела признаваться самой себе в том, что каждый раз, когда доктор Ти-Шор улыбался, внутри меня становилось тепло и спокойно.

Присутствие рядом Лекса за эти часы не раздражало и не злило. Я пыталась уловить где-то в глубине своей упрямой и непокорной натуры хоть какие-то признаки какого-то негативного отношения к своему невольному соседу по отсеку: недоверие, подозрительность, недовольство его близостью. Но, увы. Мне было более чем комфортно. Это заставляло глубоко задуматься о том, о чем упорно утверждал тогда Милан... О моей связи с ним и другими членами его тройки.

Я могла гнать от себя эти мысли, пока мужчины были без сознания. Но что будет, когда они очнутся?

Обе капсулы раскрылись одновременно. Из той, в которой был Милан Икзон, раздался кашель. А из соседней - тихие ругательства.

- С возвращением, господа, - подал голос Лекс, вскакивая и быстрым шагом подходя к регенерам.

- Даже если ты мне снишься, Лекс, я все равно рад тебя видеть - хрипло отозвался Милан.

Услышав голос майора, я дернулась. Волнение внутри в разы возросло. А вместе с ним усилилась и радость, такая искренняя и чистая, что я испугалась собственных эмоций. Вспомнилось, как я ощущала себя, когда он обессиленный лежал на моем плече среди осколков нашего катера. То чувство опустошения, когда я думала о том, что мы не сумеем вовремя дождаться помощи. В тот момент какая-то стена, которую я сама построила между нами, треснула, сблизив меня с миранцем и позволив всерьёз задуматься о сказанном им о моем предназначении для него и его побратимов.