Печати Мирана (СИ)

То, что я могла быть каким-то образом предназначена Милану и еще двоим мужчинам до сих пор никак не желало укладываться в голове. Я не понимала, как мне вести себя сейчас и, откровенно говоря, даже гнала от себя всяческие мысли на эту тему, потому что они лишали меня уверенности и путали.

В какой-то момент реанимационные капсулы с Фелисом и Миланом загорелись синим светом и зашумели сильнее обычного.

- Видимо, персоналу медцентра разрешили активировать турборежим восстановления, - озвучил свое предположение Лекс, - скорее всего, для того, чтобы ускорить проверки на патогены и исключить ложный результат из-за других травм.

- Значит, дело серьезное, - согласился с ним миранский военный, - возможно, кто-то все же действительно оказался болен.

- Надеюсь, это не кто-то из нас, - проговорила я тихо, снова пытаясь проанализировать свое состояние и найти какие-то признаки его ухудшения. Но нет, кажется, моему здоровью пока ничего не угрожает.

“И не папа” - продолжила я свою мысль про себя, так до конца и не приняв знание о том, что мой родитель нашелся и сейчас находится буквально через стену от меня. Я прекрасно понимала, что наличие у него еще и этой болезни, только усугубит его и без того тяжелое состояние.

- Скоро Фелис и Милан должны очнуться, - вырвал меня из размышлений голос Лекса.

Я вздрогнула, ощущая и радость, и смятение одновременно. В животе защекотало. Я посмотрела на капсулы с лежащими в них мужчинами и глубоко вздохнула. Почему-то показалось, что, когда майор Икзон и его побратим придут в себя, что-то в моей жизни должно безвозвратно измениться.

Глава 57: Ия

Планета Миран, военный медцентр Бригстана

Ия Соль

Глаза открывались с большим усилием. Я моргала и морщилась, пытаясь сфокусироваться на том, что вижу перед собой. Меня окружал прозрачный купол, и отблески от этой преграды искажали пространство за ней, не давая распознать, где я и что происходит вокруг.

Я еще на “Начале” под защитным экраном? Если так, то почему я лежу горизонтально? Что с катером? Он уцелел или все же разбился? Что с экипажем? Чем закончилось наше падение?

Руки чесались, голова гудела. Перед глазами пронеслись картинки того, как я безуспешно пытаюсь охладить ядро всеми подручными средствами.

Я точно помню вспышку и пришедшую за ней боль. Жуткую. Резкую. Помню, как кожу на ладонях пекло даже в защитных перчатках, словно ее варили заживо. Помню невыносимый жар. Запах горелого пластика, от которого слезились глаза и першило в горле. О, космос...

Тело плохо слушалось, а руки вообще казались привязанными к тому месту, на котором я лежала. Прямо под ухом что-то шумело и еле уловимо вибрировало. Я осторожно приподняла голову лишь на пару сантиметров и заметила, что накрыта белой тканью почти до шеи.