Печати Мирана (СИ)

Люк погиб, пока мужчины были со мной? Они были не в состоянии со мной связаться, потому что физически не могли этого сделать?

То, что совет моей родной колонии мог все засекретить, не вызвало у меня вопросов. Флодан был связан с Мираном рядом соглашений, а взамен не раскрывал никакой информации о планете простым гражданам.

Получается, Иден и Дилан не могли остаться рядом, потому что больше не составляли тройку и их энергии были нарушены... Но почему они, почему...

Я приложила ладонь ко рту и прикусила кожу зубами. Из глаз потекли слезы.

Пришлось осторожно встать и тихо уйти в свою спальню. Я рухнула на кровать и невидящим взглядом уставилась в потолок.

О, космос, космос, почему я просто не спросила их ни о чем? Почему я сама молчала, не высказав им все, что копилось почти два десятилетия? Почему они терпели мою ненависть и презрение, равнодушие, грубость, отстранённость?

Почему они были здесь, даже понимая, как не хочу я видеть их рядом? Что они ко мне чувствуют?

Зная, что виноваты лишь в том, что не вовремя потеряли побратима, а из-за этого потеряли и меня? А я? Что теперь чувствую я? Что я вообще к ним чувствую?

О, космос...

В груди заболело, словно во мне разом вспыхнуло все, что я глушила в себе эти дни, месяцы, годы.

Я прикусила подушку и в первый раз разрыдалась так, как никогда не рыдала с момента нашего расставания восемнадцать лет назад.

***В то же время в другой части того же дома

- Спасибо, Вирсана - улыбнулся Дилан сестре Люка и погасил браслет с трансляцией гало-камер систем безопасности дома, убедившись, что Мария ушла.

Да, расчет оправдался, и Микел все сделал правильно.

- Надеюсь, я действительно помогла, - кивнула женщина - вы правильно решили, что вас она слушать не станет. А вот если это будет кто-то совершенно ей чужой...

- Извини, что пришлось... - начал Иден.

- Я все понимаю, - остановила его миранка, - я сразу сказала, что помогу вам всем, чем могу. Ради памяти Люка. И ради вашего счастья. Вы этого заслужили. Вы так ее любите, что... ох... - женщина расчувствовалась и промокнула увлажнившиеся глаза - ну и история у вас, конечно, ребята. По ней можно целый гало-сериал снимать. Как вы сами? Держитесь?

Дилан нахмурился и побледнел. Иден тоже почувствовал резкое головокружение. У обоих защемило в груди от боли.

- Ей больно, - прошептал Иден, - я первый раз чувствую это настолько четко.

- Может, стоит сходить к Марии? Или пусть Микел. Все же...

- Думаю, пока не стоит, - мотнула головой их собеседница - ей нужно это пережить, обдумать. К тому же она слишком долго убеждала себя в другой правде. Как и вы. Но вы разобрались во всем сами, а ваша капитан Перес пережила одновременно слишком многое и закрылась ото всех, главным образом от вас и от самой себя. Это я вам как врач говорю.