Печать Пожирателя (СИ)

Надо же… Правила тенниса заставили её пересилить нелюдимость? Забавно.

Всё это время я отслеживал процессы в своей искре — но не обнаружил, чтобы Дмитрий или Игнат подсаживали на меня проклятья — так что лишний раз убедился в том, что всё дело в барокамерах.

Так что вечером, когда меня привели в подвал главного корпуса, и Геллерштейн в очередной раз просканировал меня и велел забираться в массивный артефакт, я был твёрдо намерен проследить, как происходит процесс «заражения».

Ну… Что тут скажешь — я оказался прав. В этот раз я внимательно следил за энергетикой барокамеры, и заметил, как в начале третьего часа по энергожгутам, присоединившимся к моей искре, частицы проклятья… Проскальзывают обратно в артефакт!

Они исчезали, забирая с собой часть моих жизненных сил!

Впрочем, радость оказалась кратковременной — вскоре частицы вернулись, и уже в большем объёме…

Так-так-так… Значит, моя догадка оказалась верной… Проклятье не просто всасывало в себя мою жизненную силу — при каждом следующем сеансе оно передавало её обратно в артефакт!

Забавно, что при этом я видел, как «армированная сетка» Геллерштейна-младшего снова окрепла — и начала будто бы «врастать» в мою искру, укрепляя и расширяя её.

Энергетика усиливалась — вот только теперь особой радости мне это не принесло…

* * *На следующий день, когда процедур не было, мне наконец-то перезвонил Салтыков.

— Можешь говорить? — без предисловий спросил он.

— Конечно. Я уже начал волноваться.

— И у тебя есть на это веская причина, приятель. Во что ты вляпался?

Я нахмурился. Выкладывать Петру всё, как есть, мне совершенно не хотелось, но по его тону я понял, что всё серьёзно.

— Почему сразу вляпался?

— Потому что после того, как я совершил несколько звонков по твоему вопросу и поговорил….Скажем так — с некоторыми должниками, со мной связались очень влиятельные люди. Из органов.

— Проклятье! Извини, Пётр, я не знал, что всё настолько серьёзно. Надеюсь, у тебя не будет проблем?

— Проблемы есть всегда, — философски заметил Салтыков, — Но нет, в связи с твоей просьбой ничего страшного со мной не сделают. Просто… Эти люди уточнили, зачем мне нужна эта информация, а когда узнали — посоветовали не распространяться о ней. И сказали, что очень расстроятся, если откопанное мной где-то всплывёт.

— Дерьмо…

— Да не переживай слишком сильно. Я не рассказал о тебе.

— А как ты объяснил причину… Этих поисков?

— Когда мне позвонили, информация уже была у меня. Мне… Стало любопытно, что ты там разнюхиваешь, и я с ней ознакомился. Ты не просил, чтобы я этого не делал, так что…

— Очевидно, что мне стоит порадоваться, что ты это сделал.