Печать мастера. Том 1

– Вы обещали не пить! Клялись! Великим божились, что не капли в рот! Что рисовать не можете, что руки дрожат! Что с этой декады все будет иначе! Что мы начнем новую жизнь! Ч-ч-ч-т-т-т-т-о-оо…

– Клянусь, Коста, – старик потянулся осенить себя знаменьем, но не смог – рука бессильно упала вниз. – Со следующей декады начнем… ни капли в рот… новую жизнь…

– Г-г-г-д-д-дде деньги, мастер, – обреченно повторил Коста, заикаясь. И сделал пару глубоких вдохов и выдохов, чтобы не глотать слова. – Г-г-г-д-д-де?

– Забрали… – понуро пробубнил старик. – За долги. Старый сыч, как прознал – да и кто не знает, что мой ученик рисовал надпись для одного из кораблей, и что за заказ заплачено, так и нагрянули… в лавку-то… и все до монеточки… и набор новых кистей в счет долга забрали, – совсем тихо закончил старик.

Новых? Волчьих и беличьих? Кисти, на которые они с того кануна зимы откладывали?

Коста заметался по комнате, натыкаясь на пустые бутылки, которые со звоном весело катились из угла в угол, и вылетел вниз.

Щепки нашлись в углу. Последние, завернутые в промасленный пергамент, припасенные на вечер – праздновать, когда будут дрова и еда.

Ветки, обломки стула, обогреть первый ярус лавки хватит. Есть… нечего, но можно согреть кипятка, натопить ещё снега и согреться.

Коста шмыгнул носом и деловито начал выстраивать в печи пирамидку из щепок, чтобы поджечь сыроватыми надо много сноровки.

Завтра все будут праздновать, завтра особый день – на верфь придут жрецы и весь день от зари до зари будут благословлять команду, петь и воскуривать травяные палочки, прося удачи для новых кораблей.

Завтра будут праздновать все, кроме них.

Коста шмыгнул замерзшим носом ещё раз. Предложение Нейро обретало новый смысл – «придешь домой и будет нечего жрать, вспомнишь меня».

Огонь занялся не сразу, с третьей попытки, зафырчал, зашипел, облизывая сыроватую щепь, и Коста протянул вперед руки – к оранжевым языкам пламени, отогревая пальцы. Сверху громыхнуло – раз-два, бутылки полетели в стену – этот звук он уже выучил за пару зим, сейчас старик найдет новую бутыль и успокоится до утра… потом проспится, будет каяться, будет снова божиться, и они будут думать, как прожить ещё декаду и не сдохнуть с голоду, и искать паршивые заказы, от которых уже отказался наставник Нейро.

– Собирайся!

Коста моргнул и от удивления чуть не подпалил край полушубка. Старик слетел вниз, сдернул с крючка алхимический котел, жадно сделал пару больших глотков и плеснул остатки себе в лицо.

Потом прошагал к окну и просто нырнул в чан с последней талой водой с головой, вынырнул отфыркиваясь, и потряс мокрой бородой.