Печать мастера. Том 1

А в конце даже угрюмый борода сир Велиент скупо кивнул – «молодец», и Коста понял, что это – высшая похвала.

– Ну что, Вэй? Я говорил, что мой ученик даст фору всем твоим штатным писарям… юркий, быстрый, сметливый, пальцы твердые, глаз верный, а память…

– И не жалко тебе мальца, Хо. Если сгинет на уровне?

Коста прислушался и перестал жевать ножку – отличную жирную, истекающую соком, толстую ножку лесного перепела, которую ему под нос сунул один из охранников – заслужил.

– Был бы собственным сыном, отправил бы его вниз?

– Отправил бы, – боднул башкой уже пьяный наставник Хо, – сам под зад пнул бы, чтобы быстрее вниз летел. Выберется – выживется. С клановыми жить – сам знаешь, как выть…

Сир Вэй недовольно сдвинул брови.

– Змеи, они везде змеи и есть. Чем сложнее в начале, тем больше шансов, что доживет до моих седин, – мастер дернул себя за бороду. – И… – мастер пьяно икнул, – ты сам своего вниз скоро отправишь…

– И запиваться будет также, если доживет, – бородач встал и сделал жест охране – ему тут же поднесли тазик – ополоснуть пальцы, полотенце и плащ. Несколько золотых фениксов весело закружились прямо по столу – танцуя по карте, начерченной Костой в последний раз.

– Контракт наш? Мой ученик принят?

– Принят, – бородач неохотно щелкнул застежками и Коста открыв рот изучил герб во всю сторону на правом плече плаща – «скорпикс».

– Отряд зачистки приветствует нового смертника… – заржал один из охранников, но его быстро толкнули локтем в бок. – Нового писаря!

– Общий сбор завтра на первый колокол у второй из казарм, снаряжение с собой иметь стандартное…

– Но… – вскинулся наставник.

– Купи, – бородач склонил косматую голову в сторону фениксов на столе. – И, если ты хоть каплю… хоть единую каплю возьмешь в рот начиная с завтрашнего дня, вылетишь из отряда и ты, и твой ученик…

– Да я вообще не…

– Я сказал – ты услышал, Хо.

Дверь таверны распахнулась, снежинки закружились в воздухе, пока все спины в темных плащах – одна, две, четыре, не исчезли в темноте улиц.

Коста тщательно проследил, чтобы все поднятое с пола – даже помятое и грязное – слуги вернули обратно, а не утащили к себе. Он упакует все тщательно – и будет что холодным поесть утром.

Перепела он решил доесть сейчас – в животе уже не было места, пряжку ремня пришлось расстегнуть на одну дырку, но он был настроен решительно – кто знает, сколько декад пройдет, прежде чем у него во рту окажется такое же нежное тающее во рту мясо.

– Мы пофулучили конфракт, мафтер? – уточнил Коста с набитым ртом.

– Получили.

– Фколько фениксос?

– Много, много фениксов, – отозвался Наставник Хо, изучая кувшины на столе – вдруг что на дне осталось – и тряс в пиалу.