Месть Черного Паука

Поскольку рядовые ""старфорсы"" не обеспечивались мобильной сотовой связью, их командир Старков понятия не имел о том, что происходило в данный момент в ""Царском селе"". Он, как какой-нибудь шоферюга, заурядный водила шефа, гонял за Тореловым. Это его не просто раздражало, это приводило его в неистовое бешенство. С каким наслаждением он вогнал бы очкастому умнику пулю промеж глаз. А потом обмакнул бы ладонь в теплую кровь и провел растопыренными пальцами по своему лицу, и почувствовал себя настоящим победителем, хищником, самцом. И успокоился бы.

В кармане лежали таблетки, транквилизаторы. Поганые медикаменты Старков тоже ненавидел. Но иногда приходилось их принимать. Сразу несколько штук, чтобы не сорваться в неподходящий момент. И сейчас необходимо было успокоиться. Не только из-за предстоящей встречи с Гореловым, но и из-за возвращения под зрачки телекамер и разных деятелей, собирающихся вокруг Будякина. Нельзя возбуждать нездоровый интерес к своей персоне.

Старков, держа руль одной рукой, нашарил в кармане пластиковый цилиндр и поддел пальцем крышечку. На ощупь ухватил несколько таблеток и забросил в рот. Чтобы сухие таблетки не драли горло, он предварительно подкопил слюны и проглотил липкий ком. Сегодня нельзя быть агрессивным.

Горелова поразило миролюбие Старкова, он недоверчиво взглянул ему в лицо и сел на переднее сиденье. А ведь собирался ехать сзади, чтобы не встречаться взглядом и не разговаривать в пути. Но если начальник охраны так странно спокоен, почему бы и не пообщаться, не прояснить ситуацию более подробно. Но прояснить ничего не удалось, Старков отговорился, что сразу поехал за ним, и добавил:

– А тебе-то какого хрена не спится? Думаешь, Будякин без тебя не справится?

– Думаю, справится, – дипломатично ответил Горелов, – но со мной, возможно, справится чуть лучше.

– Так ты, наверное, самый умный? – Старков подумал, что очень удачно и едко съязвил и засмеялся.

– Нет, не самый, – улыбнулся Горелов, – но самые умные у меня в ""Бюро"" советниками работают.

– Выходит, ты не самый умный, а самый хитрый?

– Выходит, так, – согласился Горелов и снял очки. Не спеша их сложил, поместил в футляр и убрал в карман. Он и без очков видел Старкова насквозь, давно вычислил все его комплексы и сейчас как бы развенчал себя в глазах бывшего старшего лейтенанта.

Его смешило отношение спецназовца к очкам и людям их носящим. Парнишка вырос в деревне, где очки носила только сельская интеллигенция: учителя, врачиха, бухгалтер, счетовод. С одной стороны, он понимал, что они грамотнее, умнее, а с другой, физически ущербны, поскольку видят хуже его, да и в земле копаться не могут – очки с носа падают. В военном училище очкастых тоже не было.