Паук

Из груди вырвался испуганный вскрик, когда меня неожиданно схватили за шею сзади. Ладони инстинктивно уперлись в твердую грудь бандита. Нет, просто каменную! А его рука тем временем ловко пробралась под юбку и растолкала мои бедра.

— Стойте!. Не надо, пожалуйста! — залепетала я дрожащим голосом, чувствуя пальцами дорогую ткань рубашки на стальном предплечье.

Капроновые колготки затрещали по швам. Я ощутила движение прямо между ноги вся сжалась, когда Арбатов сдвинул ткань трусиков. Он медленно провел ребром ладони по складочкам, заставляя меня беспомощно всхлипнуть и задержать дыхание. Пришлось собрать всю волю в кулак, чтобы не расплакаться.

— А теперь слушай и запоминай, — прохрипел он колючим голосом. — Говорить мы будем, когда заслужишь и если вообще посчитаю нужным, во что-то тебя посвящать. Мне плевать, что ты здесь лишь потому, что печёшься о судьбе своего брата. Ты залезла в капкан, красавица, где действуют только одни законы. Мои. А еще раз попробуешь выставить условия, последствия запомнишь надолго!

Меня даже перестало дёргать после этих слов. Я просто впала в оцепенение.

— Поняла меня? — спокойно спросил бандит.

Если я и хотела ответить, то не могла, потому что язык прилип к небу. Боже, как же близко он был… Я даже чувствовала тепло его лица!

Тихо вскрикнула, когда пальцы Арбатова протолкнулись в меня, словно требуя ответа.

— Да… я поняла… — пропищала, глупо полагая, что только для своего же блага должна так ответить.

Но главное, что бандит тут же отпустил меня. Резко оставил без равновесия и повторил:

— Раздевайся.

Теперь его голос совсем не казался бесстрастным.

Глава 3

Я застыла в полной растерянности, не в силах совладать с лихорадочными метаниями воли. Внутри началась настоящая борьба инстинктов и разума, страха и гордости!

Однако вопреки всему в этом состоянии — на грани, на меня вдруг нахлынуло осознание. Я поняла, что должна делать. Не просто попыталась зацепиться за иллюзию в критической ситуации, а действительно поняла!

Тело пробивало мелкой дрожью. Сделав прерывистый вдох, я завела руки за спину и не спеша расстегнула замок черного платья. Неуклюже прикрываясь, стянула широкие лямки с плеч, обнажила живот и, высвободив бедра, позволила упасть наряду прямо на пол. Порванные колготки приземлились непригодным тряпьем где-то рядом с туфлями, из которых я осторожно вышагнула.

На мне осталось одно белье. Из простого трикотажа, без всяких кружев и… белого цвета. Да, вот такая я неожиданная! И было плевать. Меньше всего меня заботило, что выглядит это не слишком сексуально и представительно."

"Пришлось набраться храбрости, чтобы обнажиться полностью.