Паук

Чтобы не запоминать этот момент.

Я смутно осознавала, как меня выводили из учреждения, и как я шла к машине.

Внутри какая-то яма образовалась, из-за чего в психике произошли необратимые изменения. Я закрылась от всего и просто перестала воспринимать реальность.

Слез больше не было.

Как если бы всем эмоциям перекрыли кислород, а переполненные дамбы переживаний спустили воду. Остался только сдавливающий грудь свинцовый осадок и, кажется, мои глаза потухли так же как у Миши.

Всю дорогу я ехала, тупо глядя перед собой. Даже не сразу среагировала, когда на глаза попался знакомый пятиэтажный дом, у которого остановилась машина.

Сердце дрогнуло внутри, но вместо радости, на моем лице отразились растерянность и негодование.

— Зачем вы привезли меня сюда? — спросила Константина, даже не думая выходить.

Он глянул на меня через зеркало заднего вида, но, несмотря на всю абсурдность вопроса, лаконично сообщил:

— Конечно остановка.

Я снова посмотрела на родительский дом и прислушалась к себе. Нет. Решение было неотступным и, спустя пару мгновений, я глухо проронила:

— Отвезите меня обратно… в дом Арбатова. Пожалуйста…

Константин задержал на мне напряженный взгляд, однако вопросов не последовало. Внедорожник тронулся с места, и я даже не обернулась на здание, а главное, не ощутила внутри никакого сожаления. Словно в какой-то момент по воле судьбы оказалась на чужом берегу, освоилась там, приняла другую веру и теперь не имела права возвращаться на родную землю! И пока внутри тлепо это чувство, пока со всех сторон стискивал укоризненный голос брата и в голове стояла картина нашей встречи — я не смогу… не смогу смотреть им в глаза и улыбаться.

Не сейчас…

Не сегодня.

Я заблудилась родные мои, я запуталась.

Это казалось странным, но увидев высокие ворота особняка Арбатова, я ощутила, как внутри накатило обезболивающее спокойствие. Словно на всем белом свете осталось единственное место, где я могла бы выдохнуть и где меня понимали. Ведь здесь не было нужды лгать. Здесь я могла перевести дух и быть самой собой, словно входила на территорию комфортной среды обитания.

Откуда только взялось это чувство, Господи… Что же со мной происходило?

Отвлекаясь от своих мыслей, я уже потянулась к ручке двери, как она неожиданно открылась сама. Настороженно уставившись на Константина, я вышла из салона, гадая, чем заслужила такие почести. Однако все сразу встало на свои места, когда я услышала очередное короткое: “Пошли”. Волнение тут же прошло в груди неуютным облаком — похоже, кто-то ждал объяснений и отчета после встречи с братом…

Я все еще пребывала в отстраненном состоянии, поэтому не особо придала значения, что мы не пошли в дом.