Черный Паук

Упал, больно ударившись коленом, но тут же вскочил и бросился дальше. В квартирах раздавались истерические выкрики и детский плач. Жильцы, поднятые с постелей бешеной канонадой, сходили с ума от ужаса, не понимая, что происходит.

Взбежав на третий этаж, Славка заколотил в железную дверь.

– Таня! – заорал на весь подъезд. – Ответь, Таня!

– Убирайся! – раздалось в ответ. – Видеть тебя не хочу! – Голос её сорвался на громкие прерывистые рыдания. И было похоже, что кто-то зажимает ей рот и оттаскивает от двери, потому что она выкрикнула в отдалении: Отпусти! – И снова подбежала к дверям. – Убирайся отсюда!

После этого её рыданья затихли в глубине квартиры. Славка обмер, как оглушенный. Он ничего не понимал. И вдруг собственная жизнь сделалась ему не дорога. Неожиданно успокоившись, с холодной ясностью, от которой у самого мурашки побежали по коже, понял, что жить ему и в самом деле больше незачем. Он неторопливо выпростал ружье из скомканного комбинезона. Потом левой рукой растряхнул свою ночную спецовку и повесил на шею, как шарф, прислушиваясь к звукам внизу. Там гремели входные двери. Треснул пистолетный выстрел. Отблески света мелькнули в лестничном пролете. Славка усмехнулся: боевые муравьи шли брать паука."

"Он осторожно стал спускаться, стараясь не спугнуть случайным звуком своих врагов и не обнаружить себя раньше времени. До некоторой степени его маскировал шум в квартирах. Похоже, там двигали мебель, строя баррикады у входных дверей. Слышались крики женщин. Сейчас по ""ноль два"" обрушился шквал звонков. А этажем ниже шептались невидимые люди. Фонарики они предусмотрительно выключили. Наверное, тоже расчитывали воспользоваться темнотой.

Сбежав по лестничному маршу, Славка с отчаянным криком выстрелил в темноту. И тут же бросился обратно. Хоть жизнь ему была не дорога, инстинкт самосохранения сработал. Долгое эхо тут же дополнили несколько ответных пистолетных выстрелов. Пули заскакали рикошетами. Запахло известковой пылью. И тут в какофонию боя ворвался тягучий вой милицейской сирены. Сыпанул по ступенькам торопливый топот, сопровождаемый неразборчивыми выкриками. Славка метнулся следом, сообразив, что разборка с милицией ему тоже ни к чему.

Во дворе рявкнул двигатель. Боевые муравьи торопились прочь из чужого муравейника, бездарно разворошенного среди ночи. Славка выглянул из подъезда. Мимо, ревя сиреной и сверкая синим маяком, пронеслась милицейская машина. Он едва успел отпрянуть, чтоб не попасть на глаза в свете фар. Но наряд включился в погоню за вывернувшим со двора джипом и по сторонам не глазел.

Пока не подоспели другие блюстители порядка, Славка бегом пересек двор, спиной ощущая десятки глаз, что всматривались в сумрак сквозь оконные стекла.