Загадочный пациент

Для Лебедева наше знакомство видимо оказывается неожиданностью, потому что он просто поджимает губы и молчит, наблюдая со стороны. Мужчине явно что-то не нравится.

Мы проводим осмотрим, я меняю повязки и проверяю швы. К счастью, раны затягиваются быстро и нет гноя. Скоро Захар сможет встать на ноги. У мужчины много сил, настоящий воин.

Они все словно из стали, поразительно сильные мужчины, не похожие на других. Каждый по своему хищен.

Мы выходим из палаты и Лебедев берет резко меня за руку, больно стискивает кисть и тянет на себя. Не понимаю, почему его отношение так резко изменилось.

- Анна, я не задавал вопросов, когда Алан навязал Вашу кандидатуру мне в интернатуру. Вы хороший врач, но учились за границей, российские методы работы знаете плохо, базис не наш… с Вами много проблем, панибратства я не потерплю. Вы ничем не лучше остальных интернов и особого отношения к Вам не будет. То, что Вы спите с Майлзом не даёт Вам право играться в моем отделении. Уйдите лучше сами!

Его слова бьют меня, ранят и создают хаос в душе.

По всему телу пробегают неприятные иголки. Даже закусываю губу до крови, чтобы не разреветься. Когда Лебедев уходит, я еще долго стою, чувствуя себя пустой и никчемной. Потом собираюсь и иду работать.

Все валится из рук и получается из ряда вон плохо. Меня преследуют Белки, которые постоянно шушукаются с Ариной, и Лебедев. Если большинство людей против, то стоит покинуть это место, как бы мне не нравилось тут.

На телефоне загорается вызов в палату Захара. Он хочет меня видеть. Умоляя Господа, что он не захочет читать мне нотации, чтобы я оставила его друга. Этого я уже не переживу.

Когда захожу к нему, то перестаю дышать.

Рядом с больным сидит Майлз, закинув ногу на ногу и улыбаясь мальчишечьей улыбкой. При виде него улыбка перерастает в оскал, глаза наливаются кровью.

- Что случилось? – гаркает он, и я ужасаюсь при осознании, что он все понял с первого взгляда на меня.

Опускаю стыдливо глаза, совсем не хочется говорить Майлзу правду, что меня все ненавидят и я не могу постоять за себя. Кому захочется иметь дела с женщиной от которой одни проблемы? Новый день – новые происшествия; женщина должна дарить покой, а не головную боль.

- Ничего, просто день сложный. – уклончиво отвечаю, продолжая растерянно стоять на пороге.

- Иди сюда. – цедит Майлз сквозь зубы, желваки на скулах вздуваются, и выглядит он крайне угрожающе. На автопилоте покачиваю головой и делаю шаг назад. Наверное, он злится, что я снова с кислой миной.

- Майлз, не пугай девочку. – усмехается Захар, приподнимаясь на кровати.