Патриот. Смута. Том 4

— Ноги, ноги в фехтовании решают многое. — Проговорил под нос.

Дал наказ им повторять, сам улыбнулся мне. Проговорил громко.

— Еще один день. Завтра. А потом, утром, я жду тебя, Игорь. Это будет славный бой.

Я улыбнулся ему в ответ, махнул рукой.

— Да, я помню, еще один день.

Он продолжил обучать моих приближенных. А я смотрел на них пристально, думал. Пантелей, что ни есть — русский богатырь. Огромный, массивный, бородатый. Но, не лишен он воинской сноровки. Только кажется он совершенно неловким и малость глуповатым увальнем, этаким деревенщиной. Но на деле это обман. Все, через что мы прошли говорит, что он многое может. Положиться на него можно как на себя. Не подведет. Что до остальных?

Проверять надо каждого.

Казак с виду шустр и ловок. Умел с саблей, машет быстро и ловко. Стиль больше хаотичный, танцующий. Легким клинком, как и мне, ему приятно работать. Но бьется совсем иначе. У меня выработанная годами больше защитная английская школа. Хаттон. А это что-то из народного. Больше на джигитовку похоже. Но, слишком неумело с ошибками и ноги вразнобой с руками действуют.

Однако, если подучить, подтянуть — в пешем бою будет машина для убийства.

Татарин с саблей был вообще не очень хорош. Поднимал клинок высоко, привык с коня рубить. Это сразу видно было. Удары мощные, хлесткие, секущие. На манеру Григория похоже. В пешем бою от такого толку мало. Но, уверен, с луком он всем моим бойцам фору даст. Степняки в седле с малых лет. Умеют многое. Этот его навык мне пригодиться.

Но, не подведут ли меня эти двое? Удержит ли клятва? Уверенность в этом у меня была, но все же неабсолютная. Проверить делом нужно.

За спиной я услышал шаги. Это был мой слуга.

— Ванька, ты чего крадешься?

Оберунлся, устаивлся на него. Выглядел он напряженно и как-то несколько раздосадовано.

— Хозяин, мы когда отбываем? Готово все.

— Скоро, Ванька. — Я чувствовал, что какой-то немой вопрос у него застыл не высказанным. — Чего хотел?

— Я это. — Он мялся. — За девушек просить пришел хозяин.

— А что с ними? Одна замуж выходит вроде. Суженный ее вместе с братом с Серафимом, как я понял, идут. Они к нему в сотню влились. Ее, вроде как, с собой берут.

— А остальные? — Он поднял глаза. — Казаки, народ лихой, нельзя же девок так оставлять.

М-да, не подумал я, военный лагерь, три девушки и полсотни мужиков, да еще и раненные.

— Молодец. У них семьи, мужья, отцы… Кто есть? Куда возвращаться?

— Да давно они из домов-то ушли. Куда возвращаться-то? кто их возьмет.

— Ладно, Ванька. Заберем с собой в город, в терем.

Его глаза аж расширились, не думал он, что так просто будет меня убедить вытащить девушек из их плачевного положения.

— Фрол Семенович Войский с Савелием им науку медицинскую расскажут. Обучат. Лазарет нам в войске нужен будет.

— Да, давай. Готовься, скоро выходим.