Пассажир

Стены, обитые темным цинком, создавали странное впечатление — ему показалось, что он попал внутрь прохладной и чистой цистерны. Над двойной раковиной вместо традиционных кранов нависали каскадные смесители. Нарциссу не давал покоя все тот же упрямый вопрос: на какие шиши куплена вся эта роскошь?

Он разделся и встал под прохладный душ. Через десять минут колющие струи смыли с него кровь, ужас и страхи последних суток. Из-под душа он вышел с ощущением силы и обретенной невинности. Пошарил на полке в поисках какого-нибудь антисептика, но нашел лишь парфюм «О д’Оранж Верт» от фирмы «Гермес». Обработал им свои ссадины и налепил на нос несколько слоев пластыря. Из одежды выбрал то, что, как ему думалось, обычно носил Шаплен. Спортивные брюки от Кальвина Кляйна, майку и мольтоновую куртку с капюшоном от Армани.

Он уже начинал понемногу осваиваться с жилищем художника, когда заметил у подножия кровати телефон с автоответчиком. Усевшись на одеяло, он изучил аппарат. Память была переполнена. Следовательно, у Шаплена имелись друзья, которых взволновало его отсутствие. Он нажал на кнопку, чтобы прослушать запись. Об отпечатках пальцев он не беспокоился — ясно, что они здесь были повсюду, и притом с давних пор.

Он ожидал услышать встревоженные голоса и нетерпеливые вопросы. Но вместо этого запись выдала женское хихиканье:

«Ноно, родной, куда пропал? Дуешься, что ли? Твой номер мне дала Одри. Перезвони!»

Голос и смех напомнили ему веселых девчонок, куривших возле дверей соседского лофта. Нарцисс посмотрел на экран. Звонок от 22 сентября. Следующий, от 19 сентября, больше походил на кошачье мурлыканье.

«Зайка, ты дома? — вопрошал бархатный голосок. — Это Шарлин. Мы с тобой не закончили…»

Третье сообщение, от 13 сентября, было из той же серии.

«Ноно! Я тут с подружкой… Мы хотели тебя проведать. Перезвони!»

Взрыв смеха. Смачный звук поцелуя. Сообщения следовали одно за другим, не меняясь в тональности. Ни одного звонка от мужчины! Вообще ни одного нормального звонка — нейтрального, спокойного, тем более обеспокоенного.

Он осмотрелся. Парусники. Фирменные шмотки. Оранжевое одеяло, черные простыни. Ванная комната, оформленная дизайнером. Пожалуй, он ошибся. Это была не мастерская художника, а ловушка для женщин. Ноно ничем не походил на затравленного одиночку Нарцисса. Нет, это был соблазнитель, охотник за юбками. Судя по всему, ему каким-то способом удавалось зарабатывать немалые деньги. И он с удовольствием тратил их в компании легкомысленных девиц. Совершенно ясно, что мучительный поиск собственной предыдущей личности интересовал его меньше всего на свете.

Вдруг из аппарата донесся строгий, даже холодный голос:

«Арно, это я. Встречаемся дома. Обстановка накаляется. Мне страшно».

Гудки отбоя.