Пассажир

Его понемногу охватывало то же безразличие, какое владело его новыми собратьями. Оно проявлялось в замедленности движений, апатии и общем отупении. Он сознавал, что, лишенный часов, утрачивает ощущение времени и пространства.

Его вернуло к реальности звяканье жестянки. Бернар уже стащил с ноги носок и, шевеля черными от грязи пальцами, снова демонстрировал прохожим свой трюк. Дзынь-дзынь…

— Всего одну монетку бедному альпинисту…

К ним подтянулись другие клошары. Бернар недовольно ругнулся. Упившиеся вдрызг, они и сами больше не попрошайничали, и отпугивали потенциальных клиентов. Один елозил лицом по тротуару, обдирая кожу до крови. Второй, спустив штаны, на четвереньках ползал вокруг своего дружка, не способного стоять на ногах, и пытался впихнуть ему в рот свой член. Чуть поодаль еще один произносил пылкую речь, обращаясь к стене дома, и время от времени потрясал кулаком, грозя небесам.

Януш смотрел на них и не чувствовал ни жалости, ни сострадания. Напротив, ярость, душившая его с самого утра, только усиливалась. Он не сомневался: несколько месяцев назад, когда он действительно выступал в обличье Виктора Януша, он уже ненавидел их. Эта ненависть поддерживала его и помогла ему выжить. Но неужели она толкнула его на убийство?

— Пошли, — пихнул его в бок приятель, подбирая с земли монеты. — Пора выпить.

— А пожрать не пора?

— Насчет пожрать есть бесплатные столовки и пункты раздачи. И отделения «Эммауса». Благотворительность! — Он захохотал. — С ума сойти, до чего им всем не терпится нас накормить! Нет чтоб стакашек налить!

Вечерело, и на улице заметно похолодало. Януш со страхом думал о том, что его ждет в ближайшие часы. Внутренности скрутило узлом. К глазам подступили слезы. Ни дать ни взять — маленький мальчик, который боится темноты.

Но он должен выстоять.

Он обязан попасть в ночлежку под названием Загон, где собираются все марсельские нищие.

Если и там никто его не узнает, выходит, он взял ложный след.

Майор Мартено согласился проводить их к месту двойного убийства. Каждый едет на своей машине, сказал он. И, пока они находились у него в кабинете, больше не добавил ни слова. И вот они следовали за «субару-WRX» — одним из тех автомобилей зарубежного производства, которыми в последние годы оснастили полицейские службы быстрого реагирования.

Двигаясь вдоль железнодорожных путей, они миновали Бидар и Гетари. По-прежнему лило как из ведра. Ливень размывал краски, вносил путаницу в ощущения, мешал сосредоточиться. Над зеленью рощ и лаково блестевшим асфальтом стояла стена воды. Дождь полосовал поверхность океана белесыми вспышками света.

Автомобили остановились на вершине утеса. Густые заросли кустарника, несколько одиноких домишек, ниже — бесцветный пляж, стиснутый черными скалами.