Криминальная история России. 1995 – 2001. Курганские. Ореховские. Паша Цируль

Он объяснил мне, что информацию получил по факсу из Москвы, от одной из газет. Я попытался выяснить детали. Но Арис ничего больше сказать не мог.

Звонить в Москву мне было некому, тем более что через пять дней я должен был возвращаться.

Почти сразу после возвращения я поспешил в Лефортово, навестить Леню. Каково же было мое удивление, когда Леня предстал передо мной совершенно в другом виде. Он был какой-то потерянный, небритый.

– Ты слышал новость? – спросил я.

Он кивнул и тут же посмотрел по сторонам, на потолок. После этого наклонился к моему уху и прошептал:

– Сразу же после вашего отъезда меня перевели в другую камеру.

– Так вот, последнее время с ним стало твориться что-то странное, – продолжал Леня. – Я подразумеваю, что его просто убили.

– «Погоны», спецслужбы какие-нибудь, кому он дорогу перешел.

– Да кому же он ее перешел? – не понимал я. – Насколько мне известно, после освобождения он жил спокойной, тихой жизнью, ни в какие дела не вмешивался.

– Все это, конечно, так, – сказал Леня, – но вы же знаете, что он был хранителем общаковских денег. А там, говорят, 150 миллионов долларов было. А Паши нет – нет и общака, и на него теперь все списать можно.

– Погоди, – заинтересовался я, – ведь это только твоя версия. Но насколько она верна? Ведь еще никто ничего точно не знает!

– Конечно, не знает, – согласился Леня. Неожиданно он продолжил, еще ближе придвинувшись ко мне: – У него были два адвоката, я сейчас назову вам их фамилии, вы найдите их, переговорите. Они должны что-то знать!

Я быстро записал фамилии в блокноте. Номеров телефонов у Лени, конечно же, не было, но для меня, адвоката Московской городской коллегии, найти телефоны большого труда не представляло.

В этот же вечер я позвонил одному из названных Леней адвокатов. Это был пожилой мужчина. Он очень настороженно отнесся к моему предложению встретиться.

– А по какому вопросу? – переспросил он меня.

– По поводу одного клиента, коллега.

– Я не могу назвать его по телефону, – ответил я, опасаясь, что наши разговоры могут прослушиваться.

– Хорошо, – после длительного молчания раздалось в трубке, – приезжайте ко мне в консультацию.

В этот же вечер я приехал к нему. К сожалению, никакого разговора у нас не получилось. Конечно, какая-то солидарность у адвокатов существует, но я не знаю, что произошло между этим адвокатом и Павлом Захаровым.

Вероятно, в чем-то они не сошлись. Адвокат был настроен враждебно и сказал, что никакой информации предоставить мне не может. И вообще, на эту тему он разговаривать не будет.

– А как же мне быть? – спросил я.

– Свяжитесь с другим адвокатом.

Мне ничего не оставалось делать, как последовать этому совету.

Второй адвокат оказался более общительным. Он сразу же согласился встретиться со мной.