Криминальная история России. 1995 – 2001. Курганские. Ореховские. Паша Цируль

Иначе, извини, придется тебя здесь похоронить… Ну что, будешь звонить?

– Никогда! Ах вы, шакалы!

– Ну что же, мы пойдем с Белком кофе попьем, а ребята немножко с тобой разомнутся.

Коша с Белком вышли. Через пару минут со стороны подземной комнаты раздались крики Алика:

– Не бейте, сволочи, не бейте так сильно! Куда же вы бьете? Фашисты, мерзавцы!

– А ребята его не зашибут? – поинтересовался Белок.

– Такого указания они не получали, – ответил с улыбкой Коша.

– Это еще не значит, что они этого не сделают.

Минут через десять они снова спустились в подвал и увидели окровавленное лицо Алика Туманяна.

– Ну что, Алик, – произнес тихо Коша, – созрел или продолжим?

– Давайте мобильник, буду брату звонить! – простонал Алик.

– Только вот что, звонить будешь со своего мобильника. – Коша обернулся к Звонку: – Где его труба?

Звонок быстро достал из бокового кармана телефон Алика, который ребята отобрали у него.

– Ты позвонишь, – продолжил Коша, – скажешь, что попал в неприятную ситуацию, что похитили тебя люди Артема Овсянникова. Понял? И что с тебя требуют десять «лимонов». Передачу денег будем проводить по безналу, вот на этот счет, – Коша достал из кармана листок бумаги, на котором были записаны счета одной подшефной коммерческой структуры. – И без глупостей! Сроку тебе – два дня. Через два дня денег не будет – пусть брат заказывает венок на твою могилу. А могилу мы тебе сделаем хорошую, обещаем! И еще, – одно лишнее слово в отношении меня или Белка или еще кого-либо… – Коша достал из кармана пистолет. – Твоя жизнь тут же кончится, – добавил он, привинчивая к стволу глушитель. – Понял меня?

– Не берет отсюда, – вскоре сказал Алик, несколько раз попытавшись набрать номер брата в Нью-Йорке. – Надо выйти из подвала.

– Отвяжите его! – приказал Коша.

Через несколько минут ребята вывели Алика на веранду. Алик снова набрал номер. В Америке в это время уже была ночь.

– Самвел, – начал говорить Алик и хотел перейти на армянский, но Коша тут же произнес:

– Стоп! Говори по-русски!

– Самвел, беда со мной! Люди Овсянникова меня похитили! Десять «лимонов» требуют. Выручай, иначе меня убьют! Два дня сроку дали!

На другом конце раздавался крик брата.

Коша особенно не ставил на этот вариант, по принципу «выстрелит – не выстрелит». Получит он деньги по этому каналу или не получит – с Овсянникова уж сто процентов будет нужная сумма.

Тем не менее через два дня Самвел Туманян деньги на выкуп Алика прислал. Артем Овсянников так же через два дня позвонил своему главному бухгалтеру и потребовал, чтобы двадцать миллионов немедленно перечислили на одну офшорную кампанию на Кипре. Теперь нужно было выпускать обоих.

Но Коша раздумывал: оба были свидетелями, и каждый из них мог выдать его с бойцами.