Опасные партнёры

Так непривычно слышать от Богдана что-то ободряющее, похвалу. Что с ним происходит? Почему он так изменился?

– Слушай, Крис… Прости, что тогда заставил тебя выпить таблетку. Тебе от неё было совсем плохо.

– Ты уже извинялся, Богдан.

– Всегда соблюдал меры предосторожности, никогда не пренебрегал защитой. А в тот раз реально сорвало башню. Не знаю, что на меня нашло. В любом случае, я поступил по-свински, а тебе пришлось расплачиваться своим здоровьем. Мне очень жаль, что так получилось, малыш… Прости меня… Знаешь, ты правильно сделала, что сбежала от того ублюдка. Многие женщины годами терпят домашнее насилие, абьюз, побои и не решаются изменить свою жизнь. А ты не стала ждать.

– Да. Мне повезло, что Марк довольно быстро показал своё истинное лицо. Если бы он маскировался подольше, я бы привыкла и к нему, и к богатой столичной жизни. Потом было бы труднее порвать с ним. А так… Мне было двадцать три года. Меня в жизни никто никогда не бил. Родители пилили, ругали, но на этом всё. Поэтому, получив оплеуху, я испытала настоящий шок. И рванула в бега.

Богдан о чём-то сосредоточенно размышляет. Наконец, спрашивает:

– Но ты не обиделась, что я тебе надавал по попе?

Я поднимаю голову с его плеча и улыбаюсь:

– Нет… Это же другое… И… меня это ужасно возбудило.

– Знаешь, а я заметил.

Он тоже улыбается. От его улыбки можно сойти с ума…

Я глажу грудь мужчины, целую сосок, обвожу языком, покусываю. Вижу, что взгляд у Богдана затуманился. Он подминает меня под себя, начинает целовать. С каждым мгновением его поцелуи становятся всё более жадными…

Утром я предлагаю Крис подняться в мой люкс и заказать туда завтрак. Простыни на кровати в её номере очень мятые и влажные. Даже у меня болят мышцы, а меня-то напряжённой тренировкой не удивишь. Могу представить, что сейчас ощущает Крис.

Мы быстро бежим к лифту, хихикая, как подростки. В этом дорогом отеле гости, вообще-то, не бегают по этажам в халатах, так не принято. Поэтому мы чувствуем себя шпионами.

Номер производит на Крис впечатление, вид из окна на полусонную гавань восхищает, а кровать кинг-сайз мы тут же испытываем на прочность.

Да, она прочная, можно прыгать и прыгать. Что малышка и делает, оседлав меня, как наездница. Мы скачем до тех пор, пока оба полностью не покрываемся испариной, я даже вижу блестящий бисер пота над верхней губой Крис и у неё на висках.

Под конец я рывком опрокидываю девушку на спину и сам завершаю гонку, привожу нас обоих к финишу. Мы лежим и задыхаемся. Надо бы выйти из моей партнёрши и слезть с бедной девочки, пока у неё совсем не закончился кислород, но в ней так хорошо… Пронзает мыслью, что я хотел бы каждое утро встречать так, как сейчас.

Тут же гоню прочь эту мысль, сопротивляюсь ей изо всех сил.