Опасные партнёры

Мы не выходим из квартиры, почти не разговариваем. Даже едим молча, Богдан сразу же берёт айфон и начинает листать ленту новостей.

Я бы чувствовала себя униженной и использованной, но… Но секс настолько головокружительный, что глупо на что-то жаловаться. Что бы ни делал Богдан, это доставляет мне безумное удовольствие. Даже когда во время очередного забега он вдруг начинает подбадривать меня смачными шлепками, обжигая ими попу и бёдра, я не чувствую боли, а распаляюсь ещё больше, меня это жутко заводит.

Иногда его прикосновения становятся очень нежными, невесомыми. А следующий акт наоборот жёсткий, почти звериный, когда от напора мужчины у меня темнеет в глазах…

В паузах Богдан решает какие-то деловые вопросы, один раз даже проводит скайп-сессию, я слышу голоса, мужчины обсуждают концепцию «Меркурия».

А я украдкой звоню Лене, расспрашиваю о Машеньке. Выходные истрачены – но, увы, не на любимую доченьку, как это обычно бывает. Грустно! Но я знаю, что о ребёнке могу не беспокоиться, подруга хорошо позаботиться о Маруське, они и позанимаются, и поиграют, и погуляют.

– Крис, над тобой там не издеваются? – шипит в трубку Лена. – Мне стыдно, что я втянула тебя в историю. Слушай, если всё плохо, беги оттуда. Плевать на мою работу, выкручусь. Но если Богдан тебя трахает так же классно, как в клубе, тогда оставайся. Когда ещё выпадет шанс!

…После самого первого раунда, когда Богдан взял меня сзади, я вдруг обнаружила, что он не воспользовался защитой, и испытала шок. Неужели у него до такой степени сорвало башню от минета, что он пренебрёг элементарной безопасностью? Он же считает меня шлюхой, и вот так рискует? Я же каждую ночь шляюсь по клубам и трахаюсь с кем попало! А если я его чем-то заражу? Не боится?

Хотя, возможно, он посмотрел результаты недавней диспансеризации, которая ежегодно проводится для всех сотрудников холдинга, и убедился, что я здорова.

Мне и самой страшно. Хотя в глубине думаю, что такие холёные красавчики, как Богдаша, прежде всего, заботятся о своём здоровье, поэтому он сам меня точно никакой болезнью не наградит.

Однако я могу залететь.

В восемь вечера мне объявляют, что я свободна. Одеваюсь в роскошной ванной, где меня тоже брали – и в душевом отсеке, и перед огромным зеркалом.

– Богдан, а что будет с моей подругой? – нерешительно спрашиваю, возвращаясь из ванной.

– Завтра разберусь с «Морской звездой». Я же пообещал. Чего ты переживаешь? Не веришь моему слову? – слышу немного раздражённый ответ.

Богдан выглядит мрачным. Наверное, у него откат после двухдневного марафона. Мы слишком часто взмывали к пику блаженства, чтобы сейчас не почувствовать себя опустошёнными. По крайней мере, я ощущаю себя выжатой до предела.